«Дальнейший переход неминуемо состоит в том, – подтверждал эти выводы В. Ленин, – чтобы наименее выгодное отсталое, мелкое обособленное крестьянское хозяйство, постепенно объединялось, сорганизовало общественное, крупное земледельческое хозяйство»[465]. «Социализм – это строй цивилизованных кооператоров», но «лишь те объединения ценны, – указывал В. Ленин, – которые проведены самими крестьянами по их собственному почину и выгоды коих проверены ими на практике»[466]. «Мы думаем осуществить коллективизм в сельском хозяйстве постепенно, мерами экономического, финансового и культурно-политического порядка…, – подтверждал в ноябре 1927 г. Сталин, – К этому дело идет, но к этому дело еще не пришло и не скоро придет. Почему? Потому, между прочим, что на это нужны громадные финансы, которых нет еще у нашего государства…»[467].
Кооперация это хорошо, но она не является панацей, указывал представитель Госдепа США Р. Келли: «Выбрав колхозный путь вместо столыпинского», большевики лишь «отсрочили переселение деревни». Однако через некоторое время «улучшение организации колхозов создаст в них огромные излишки рабочей силы, которую некуда будет девать. Рост производительности труда в промышленности должен создать ту же проблему в городах…»[468]. Эта проблема возникла уже в 1925 г., когда Дж. Кейнс указывал, что безработными в России были 20–25 % всех промышленных рабочих. Но это было только началом, предупреждал Кейнс, в скором времени из-за массовой миграции крестьян в города «безработица достигнет невиданного уровня»[469].
Действительно, под давлением обостряющейся нужды «лишние руки» из деревни хлынули в города: число только зарегистрированных на бирже труда безработных с 1922 по 1929 гг. выросло почти в 10 раз и составило 1,7 млн. чел.[470] «Если нэп спас крестьянина от катастрофы, – замечал в этой связи английский историк Э. Карр, – то он же поставил промышленность и рынок труда на грань хаоса»[471]. Американский посол в СССР У. Буллит уже предлагал «излишних людей… миллионами переселять на незаселенные пространства в Сибири»[472].
Для компенсации одного только естественного прироста населения в 1923–1939 гг. было необходимо создавать в среднем почти 2 млн. рабочих мест ежегодно! В массовом масштабе эти рабочие места могла создать только промышленность и как следствие единственной мерой способной разрешить проблему аграрного перенаселения являлась только ускоренная индустриализация и строительство городов. А для этого, прежде всего, был необходим – Капитал!!!
<p>Реконструкция</p>Идея ускоренной индустриализации была впервые предложена В. Лениным, именно для ее реализации в 1921 г. был создан Госплан. Ее развитием стал лозунг «сверхиндустриализации» выдвинутый Л. Троцким в 1925 г. Вместе с тем Троцкий, со своими сторонниками, не верил в возможность самостоятельного развития России: «победа социализма в СССР невозможна ввиду его технико-экономической отсталости»[473]. И троцкисты выступали: за продолжение политики НЭПа; за расширение концессии для иностранцев[474]; за оплату долгов царского правительства, ради привлечения иностранных инвестиций[475]; за закрытие крупных заводов таких, как Путиловский, Брянский и т. д., как не приносящих прибыли.
Н. Бухарин и Г. Сокольников предлагали ликвидировать монополию внешней торговли и форсировать аграрное развитие страны, и за счет сельскохозяйственного экспорта, увеличить импорт «для утоления товарного голода страны»[476]. Именно монополия внешней торговли является основной причиной высоких цен на промышленные товары, пояснял видный левый социалист и экономист В. Базаров, поскольку, именно она закрыла внутренний рынок для ввоза иностранных товаров[477].
