Спальню Паулюса от помещения штаба отгородили ширмой. Но и сюда проникали смрад и зловоние. «Паулюс лежал на кровати, когда я вошел, – рассказывал один из советских офицеров. – Он был в шинели и в фуражке. На щеках двухнедельная щетина. Похоже, он начисто утратил мужество».
А выпущенные из подвала немецкие генералы с изумлением разглядывали взявших их в плен советских солдат.
«Немцы, – вспоминал один из помощников Паулюса, – ободранные, в тонких шинелях поверх обветшалой форменной одежды, с запавшими, небритыми лицами. Солдаты Красной армии – полные сил, в прекрасном зимнем обмундировании. Это был облик победителей. Я был поражен и другим. Наших солдат не били и не расстреливали. Советские солдаты – среди развалин разрушенного немцами города – вытаскивали из карманов и предлагали немецким солдатам свой кусок хлеба, папиросы и махорку».
Капитулировавшие в Сталинграде немцы не походили на победоносных солдат вермахта, покоривших пол-Европы, героев немецкой кинохроники… Брезгливость и ненависть вызывали не только окруженные на Волге, а они все! Немцы убивали мирных жителей, беззастенчиво их грабили, тащили все, что попадало под руку.
И советские солдаты тоже ничем не напоминали жалкие фигуры красноармейцев, которые мелькали в пропагандистских фильмах имперского министра народного просвещения и пропаганды Йозефа Геббельса. Уверенные в себе, они не собирались мстить побежденным. А сталинградцы-то имели на это право.
После Сталинграда нацистская Германия была обречена. А мир восхищался советскими солдатами.
Британский король подарил защитникам Сталинграда меч с надписью: «Крепким как сталь гражданам Сталинграда от короля Георга VI в знак глубокого восхищения британского народа».
После Сталинграда высшему командованию Красной армии стало ясно, что генералу Крылову надо предоставить возможность действовать самостоятельно. И он получил под командование 21-ю армию. На Западном фронте участвовал в Смоленской наступательной операции, и его войска умело прорвали оборону врага. В сентябре 1943 года Крылову присвоили воинское звание генерал-лейтенанта.
А в октябре он принял под командование 5-ю армию. Участвовал в Оршанской и Витебской наступательных операциях. Успешно наступал в ходе Белорусской стратегической операции. Его частям предстояло форсировать реку Березину.
Крылов решил провести свои войска через болотистую местность, которая считалась непроходимой, и форсировать реку там, где немцы этого точно не ждали. И он отложил время артподготовки. У соседей уже грохотали пушки, и пехотинцы готовились подняться в атаку, а 5-я армия молчала. И немцы решили, что она наступать не будет, и начали перебрасывать свои резервы на другие участки фронта.
Вот тогда Крылов отдал приказ о наступлении. Стремительный бросок его войск немцы просто не могли остановить. Так же успешно он форсировал еще одну водную преграду – реку Неман.
Маршал Иван Христофорович Баграмян вспоминал: «Крылов блестяще проявил себя и на посту командарма как в операции “Багратион”, так и в сражении за Восточную Пруссию. Николай Иванович не имел высшего военного образования, но его отточенное оперативное мышление и ясное предвидение неожиданных поворотов в боевых действиях просто поражает».
Армия Крылова освободила Вильнюс и Каунас и первой вышла к границам Восточной Пруссии.
Последние битвы Второй мировой стали для немцев самыми кровавыми. Поражения 1944 года обошлись Германии почти в 2 миллиона человек убитыми. За первые 5 месяцев 1945-го погибли еще почти 1,5 миллиона немцев. Это не считая жертв среди мирного населения.
Но вермахт продолжал сражаться. И каждый бой был тяжелым.
Командующий 3-м Белорусским фронтом генерал армии Иван Данилович Черняховский, представляя Крылова к высокой награде, писал: «Проведенные 5-й армией операции по своему размаху, решительности действий, темпам движения, умелому маневру на поле боя и достигнутым результатам являются поучительными операциями в современной войне».
За умелое руководство войсками в ходе Белорусской наступательной операции Крылов 19 апреля 1944 года был награжден «Золотой Звездой» Героя Советского Союза. В июле он был произведен в генерал-полковники.
Черняховский, молодой и очень талантливый полководец, высоко ценил Крылова: «Уже первые шаги его на посту командующего армией показали его человеком широких взглядов, обладающим глубокими познаниями и боевым опытом, незаурядными организаторскими способностями».
Однако 16 апреля 1945 года для Николая Ивановича боевые действия на Европейском континенте неожиданно завершились. Хотя Вторая мировая продолжалась.
Сам Крылов вспоминал: «После взятия Кенигсберга, когда все войска-победители готовились к штурму Берлина, 50-я армия была тайно погружена в эшелоны и направилась на Восток. Зачем? Почему? Никто ничего не знал».
Армия Николая Крылова была переброшена на Дальний Восток и включена в состав 1-го Дальневосточного фронта, которому предстояло разгромить японскую Квантунскую армию и освободить Маньчжурию от оккупантов.
