Полководцы XVII в полностью

В 1646 году мы видим Юрия Долгорукова воеводой уже в Путивле, административном и военном центре всей Северской земли. Это был важный пост, здесь замыкались все «путивльские станицы и сторожи», несущие сторожевую службу в «поле», отсюда посылались к «крымским улусам» дальние разведки. 29 мая 1647 года Юрий Долгоруков писал из Путивля в Москву, что «ведомо ему учинилось от крымских языков, которые взяты под Перекопью, что быть самому царю (крымскому, хану) на государевы Украины». Донесение Юрия Долгорукова привело в действие всю систему обороны южной границы. В Ливны послан с войском воевода князь Григорий Куракин, и с ним «на сходе указал Государь быть воеводам по городам», в том числе «из Путивля столник и воевода князь Юрий Чертенок».

С 1648 года начинается неожиданный взлет молодого воеводы. Возможно, сыграли роль родственные связи с влиятельными боярами Морозовыми, один из которых был «дядькой» — воспитателем Алексея Михайловича и фактически возглавлял московскую администрацию. 25 ноября 1648 года князю Юрию Алексеевичу Долгорукову был неожиданно пожалован чин боярина, он привлечен к составлению нового свода законов — Соборного уложения. Молодой боярин приближен царем, постоянно присутствует у него «за столом», что считалось великой честью. Составители «Русского биографического словаря» полагают, что причиной столь стремительного возвышения является «особенная близость Долгорукова к царю Алексею Михайловичу, для которого князь был скорее другом, чем подданным». Вероятно, в этом есть большая доля истины. Во всяком случае, сохранились дружественные письма царя к Юрию Долгорукову.

О доверии и симпатиях царя свидетельствуют и высокие, «не по прежней службе», назначения.

В 1649 году Юрий Долгоруков поставлен первым судьей в Приказ сыскных дел.

В 1651 году он стал первым судьей Пушкарского приказа, особенно важного в связи с приближавшейся большой войной с Речью Посполитой.

В том же году боярину Юрию Долгорукову указано «быть в послах к Яну Казимиру королю польскому», причем к боярскому чину посла был добавлен титул «наместника Суздальского». Впрочем, это посольство не состоялось.

В 1653 году, во время царского «похода к Троице», Юрий Долгоруков был оставлен наместником в Москве.

История знает немало случаев, когда вознесенные на вершину власти царские временщики быстро исчезали с политического горизонта, если не подтверждали высокого положения государственной мудростью, полководческим искусством, личными достоинствами. Подтвердить это могла только большая война.

Юрию Долгорукову явно повезло, что он попал «в товарищи» к такому опытному и уважаемому воеводе, как Алексей Трубецкой. Возможно, это был и не случай, а продуманное намерение царя. У «большого воеводы» Трубецкого было чему поучиться…

Юрий Долгоруков оказался способным «учеником». Если в первые годы войны он был надежным «товарищем» опытного воеводы, то затем самостоятельно командовал главными силами русского войска и одерживал победы над отборной шляхетской конницей и наемными немецкими полками. Учитель и ученик оказались достойными друг друга.

В исторической литературе встречаются намеки на то, что русское правительство намеренно затягивало вступление в войну за Украину, медлило откликнуться на многочисленные просьбы гетмана Богдана Хмельницкого о воссоединении братских народов. Думается, что эти упреки несправедливы. Как уже отмечалось, к большой войне Россия не была готова.

Для русского правительства характер войны был ясен: наступательная война с решительными полевыми сражениями, в которых пришлось бы противостоять европейской армии с тяжелой кавалерией, пехотными полками, состоявшими из солдат-профессионалов, — той самой «стройной рати», победы над которой так трудно давались даже талантливому полководцу Михаилу Скопину-Шуйскому. Противопоставить такому противнику необходимо было полки иноземного строя. Кроме того, предстояли осады больших и хорошо укрепленных городов, для чего тоже требовалась крепкая боеспособная пехота. А какой армией располагала Россия в то время, когда Богдан Хмельницкий настаивал на быстрейшем вступлении в войну?

Имеются сводные данные о русской армии 1651 года:

Всего, таким образом, «под ружьем» находился 88581 человек, в основном конница, причем рейтар и драгун, умевших воевать «стройной ратью», менее десяти тысяч. Крайне мало было боеспособной пехоты. Московских стрельцов и «иноземцев» насчитывалось немногим больше десяти тысяч, солдат не было совсем, а пешие казаки несли в основном пограничную службу или стояли гарнизонами в городах. Современную армию предстояло еще создавать!