Нельзя сказать, что русское правительство этим не занималось. Были приняты и размножены новые уставы. В 1647 году в Москве отпечатали тысячу двести экземпляров книги под названием «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей», которая представляла собой полный перевод на русский язык труда И. Вальгаузена «Военное искусство пехоты». Отдельные главы излагали правила обучения солдат ротой и полком, «пехотное строение», «станы», «караульную службу» и так далее. Это было искусство «в строю пехотных солдатов, или в строю рейтарском, или в науке крепостных дел, и в науке бы и строю пушечного наряду». В 1650 году были переведены «с галанского» правила обучения рейтарскому строю.
Очень остро стоял вопрос об иностранных инструкторах-офицерах, которым поручали обучение солдат. Но еще важнее считался вопрос о создании национальных офицерских кадров, потому что горький опыт Смоленской войны показал ненадежность офицеров-иноземцев. В этом направлении правительство предпринимало большие усилия.
Шведский резидент Иоганн де Родес доносил в 1652 году из Москвы: «Полковник Бухгофен со своим сыном уже 2–3 года обучает здесь упражнениям конного строя два русских полка, которые большей частью состоят из благородных. Думают, что он их теперь так сильно обучил, что среди них мало найдется таких, которые не были бы в состоянии заменить полковника, а чтобы их даже еще больше усовершенствовать и сделать совершенством, он теперь обучает их упражнениям также пешего строя с пиками и мушкетами». Если учесть, что каждый из этих двух полков был «численностью в 1000 человек, которые большей частью все из благородных дворян», то уже к началу войны эта своеобразная офицерская школа должна была выпустить достаточное количество офицеров для рейтарских и солдатских полков.
Часть этих полков удалось сформировать еще до начала войны. Известно, например, что в царском войске в начале 1654 года насчитывалось около полутора десятков полков иноземного строя, где полковниками были в основном иностранцы, но под командованием русских воевод.
Остальные солдатские и рейтарские полки формировались уже в ходе войны, «в службу» набирали по одному человеку с двадцати-двадцати пяти крестьянских и посадских дворов. Изменялся состав армии. По данным 1661–1663 годов в результате многократных наборов «даточных людей» было сформировано:
42 солдатских полка — 24377 человек;
8 драгунских полков — 9334 человека;
22 рейтарских полка — 18795 человек;
2 полка копейщиков — 1185 человек;
1 гусарский полк — 757 человек.
Таким образом, в семидесяти пяти полках иноземного строя насчитывалось пятьдесят четыре тысячи четыреста сорок восемь человек. Пехота теперь составляла немногим меньше половины всей армии.
Но это произошло позднее. А вступала Россия в войну с войском, которое видел подьячий Григорий Котошихин, сбежавший в Польшу в 1654 году. Сведения о русском войске, включенные им в свою книгу «О России в царствование Алексея Михайловича», относятся как раз к этому времени.
Сочинение Григория Котошихина интересно потому, что это — непосредственное свидетельство современника и очевидца, по своему служебному положению хорошо информированного о военных делах. Это — подлинный документ своего времени, к тому же обогащенный взглядом со стороны, своеобразными «европейскими мерками» (Котошихин писал свое сочинение по заказу шведского канцлера Магнуса Делагарди в 1666 году, после двенадцатилетнего пребывания в Польше, Лифляндии и Швеции).
Итак, глава сочинения Г. Котошихина «О воинских сборах»:
