Поллианна полностью

– Д-да, мэм. Только она ведь строго-настрого… – залепетала горничная, но Делла Уэтерби, не слушая её, устремилась вперёд и уже начинала подниматься по широкой лестнице на второй этаж. Горничная ещё немного посмотрела ей вслед, тяжело вздохнула и отправилась по своим делам.

Поднявшись тем временем наверх, мисс Уэтерби всё так же решительно подошла к приотворённой двери и постучала в неё.

– Это ты, Мэри? Ну, что там ещё? Разве я не говорила тебе… – послышался в ответ вялый надломленный голос, который, впрочем, моментально потеплел, как только его обладательница увидела вошедшую гостью. – Делла? Откуда ты появилась, дорогая моя, каким ветром тебя сюда занесло?

– Здравствуй, – улыбнулась Делла, приближаясь к креслу, в котором сидела её сестра. – Откуда взялась, ты спрашиваешь? Всё очень просто. Проводила с двумя другими медсёстрами выходные на пляже, а теперь возвращаюсь на работу, в свою клинику. Вот и решила заскочить к тебе на минутку, повидаться… – Она наклонилась к сестре и сердечно поцеловала её в щёку.

Странное дело: после этого поцелуя миссис Кэрью почему-то нахмурилась и вжалась в спинку своего кресла. Её только что оживившееся при появлении Деллы лицо вновь сделалось холодным и угрюмым. Едва затеплившаяся искорка радости погасла, сменившись привычной тоской.

– Ну, конечно, всего на минутку! Кто бы сомневался, – недовольным тоном сказала она. – Ты никогда здесь не задерживаешься. Заглянешь, промелькнёшь, как метеор, и прощай!

– Как метеор! – рассмеялась Делла Уэтерби, вскинув руки, но тут же уронила их, посерьёзнела и продолжила, как-то по-новому, очень серьёзно и нежно глядя на свою сестру: – Рут, дорогая, я просто не могу долго оставаться в этом доме. Ты же сама знаешь, что не могу.

– Знаю? – раздражённо повернулась в своём кресле миссис Кэрью. – Нет, понятия не имею, чем тебе так не по душе этот дом.

– Перестань, всё-то ты знаешь, моя хорошая, – покачала головой Делла Уэтерби. – Да, мне совершенно не по душе, что в этом доме вечно царит уныние и тоска. Мне не нравится твоё упрямое, просто какое-то неистребимое желание страдать, вечно испытывать горечь и боль…

– Но я же не притворяюсь, я на самом деле постоянно страдаю. И горечь испытываю, и боль…

– Знаю, что ты всё это испытываешь, знаю. Только напрасно ты так.

– Что значит «напрасно»? Ну, нет в моей жизни такой радости, чтобы петь да плясать, понимаешь? Нет, извини.

– Погоди, Рут, послушай, – нетерпеливо махнула рукой Делла, перебивая её. – Тебе тридцать три года. Всего тридцать три, а не уже. Ты совершенно здорова… То есть могла бы быть совершенно здоровой, для этого нужно лишь пересмотреть свой образ жизни. У тебя масса свободного времени и много-много денег. Их у тебя, пожалуй, даже в избытке. Так неужели же ты не могла бы найти себе какое-нибудь занятие поинтереснее, чем сложа руки сидеть тут взаперти, как в склепе, и твердить горничной, что никого не хочешь видеть? Если мне не веришь, так спроси кого хочешь, тебе любой то же самое скажет!

– Но я действительно не хочу никого видеть.

– Так заставь себя захотеть.

– Ах, Делла, Делла, ну почему ты никак не хочешь понять, что я не такая, как ты? – вздохнула миссис Кэрью и слабым голосом добавила, отворачиваясь в сторону: – Я другая. Я не могу… забыть.

Делла невольно поморщилась как от боли.

– Ты имеешь в виду Джейми, правильно? Ну так вот, я тоже о нём помню. И тоже не могу забыть. Но если мы будем без конца расчёсывать эту болячку, разве это поможет нам найти его?

– Я не только, как ты говоришь, расчёсываю эту болячку, – вспыхнула миссис Кэрью. – Я пыталась найти его. Целых восемь долгих лет пыталась, и тебе это хорошо известно!

– Конечно, конечно, дорогая моя, – поспешила успокоить сестру Делла. – Мы и дальше будем его искать. Вместе. Ты и я. Будем искать, пока не найдём… хоть до самой своей смерти искать будем. Только сидеть и тосковать, как ты… Это не поможет делу, понимаешь?

– Наверное, наверное, – уныло пробормотала в ответ Рут Кэрью. – Но только ничего другого мне делать не хочется – это ты можешь понять или нет?

После этого они на какое-то время замолчали. Делла мрачно посматривала на старшую сестру, неодобрительно покачивала головой, думая о чём-то, и, наконец, заговорила с лёгкой ноткой раздражения в голосе:

– Вот что, Рут. Ты меня прости, конечно, но скажи, неужели ты действительно собираешься всю оставшуюся жизнь просидеть вот так, словно забытый под дождём плюшевый ослик? Да, ты вдова, я это знаю, не нужно мне напоминать. Но позволь заметить, что брак твой длился всего лишь год, при этом муж был намного старше тебя, а ты сама была тогда совсем ещё девчонкой. По-моему, то замужество тебе давно пора забыть, как дурной сон. Не стоит твой короткий брак того, чтобы до конца дней отравлять твою память.

– Нет, тот брак тут ни при чём, – всё так же уныло пробормотала миссис Кэрью. – Дело не в нём.

– А в чём тогда?

– Вот если бы мне удалось найти Джейми…