Рустам вошел в дом Таги Риахи и задержался там почти на два часа. Советскому дипломату было о чем сообщить верному генералу иранского премьера.
Риахи довольно поздно направил своего заместителя генерала Киани в армейские казармы в Бахи-Шах в западной части Тегерана, около одиннадцати вечера. Причина данного промедления была известна лишь самому Риахи. В результате запоздалого вояжа в казармы Киани был арестован прошахскими силам. Имперская гвардия тоже располагалась в Бахи-Шах. Позже в своем доме был арестован министр иностранных дел кабинета Мосаддыка Хусейн Фатеми. Он даже не успел надеть обувь. Воодушевленные первыми арестами, верные шаху силы направились к дому Риахи в Шимран. Однако генерала там не оказалось. Вооруженный фирманами полковник Нейматолла Нассери собирался исполнить главную миссию своей жизни. Он прибыл к дому премьер-министра, чтобы вручить ему приказ шаха о низложении Мосаддыком своих полномочий. На свою беду, он приехал туда раньше главной подмоги в виде двух военных грузовиков с солдатами. На лестницах дома полковника Нассери встретил генерал Риахи вместе со своими верными офицерами и солдатами.
– У меня фирманы шаха, которые я должен вручить Мосаддыку.
– Что за фирманы, полковник? – притворно удивился Риахи.
– Мосаддык больше не премьер-министр Ирана. Мне поручено его арестовать, – бойко отрапортовал Нассери. – Приказ Его Величества.
– Кто такой шах, когда есть народ Ирана? Он поддерживает Мохаммеда Мосаддыка. А вы, полковник, – изменник. Именно вы подлежите аресту. Сдайте оружие, – рявкнул генерал Риахи, и плотное кольцо верных ему офицеров сжалось вокруг Нейматолла Нассери.
Самая глупая концовка операции «Аякс», которую можно было только представить. Провал был настолько нелогичным, что на следующее утро по Тегерану поползли слухи о том, что якобы сам Мосаддык организовал примитивную пародию на переворот, чтобы расправиться с шахом. ЦРУ же в свою очередь срочно приказал Рузвельту сворачивать деятельность и убираться из Ирана. Госдеп с глубоким прискорбием сообщил президенту Эйзенхауэру о том, что, наверное, США придется выстраивать свои отношения именно с премьер-министром Мосаддыком, ввиду фиаско операции «Аякс», чем вызвал неописуемый гнев Айка. Братья Даллесы были чем-то похожи на братьев Сафарджиан, только масштабом больше да и широтой сферы влияния. Единственный, кто не сдавался в этой кошмарной для себя ситуации, так это сам виновник торжества – Ким. Стоит отдать должное внуку Теодора Рузвельта за его решительность, силу воли и духа. Он готовил классический американский «comeback».
Генерал Захеди сидел в кресле. Он без мундира. На нем лишь военные брюки и майка. В руках он держит заряженный пистолет. Ардешир стоит рядом, пытаясь не оставлять генерала одного. Ему совсем не нравится, что его отец крепко сжимает в ладони огнестрельное оружие.
– Зачем? – только и спросил Ардешир.
– Ты думаешь, я хочу выстрелить себе в висок? – хриплым голосом выговорил генерал. – Черта с два. Пулю я припас старому лису.
– Тогда отложи его в сторону.
– Не надо меня учить, что мне делать с оружием, сынок.
– У нас есть еще шанс?
В ответ генерал лишь истерично захохотал. Ардеширу было не по себе, но он все же старался не показывать уныния. Кипучая кровь не привыкла к поражениям и отвергала их всей природой молодого романтизма.
– Не может так все рухнуть, как карточный домик, – чуть ли не со слезами на глазах заныл Ардешир. – Столько сил было потрачено, чтобы превратиться в прах. Так не бывает, отец.
Отец молчал. Слова сына стали расплываться в нечеткие звуки, пока его мысли улетали в далекие годы казачества молодого Фазлоллаха
– Ишь ты, прыткие какие! – хохотал полковник Всеволод Ляхов, наблюдая, как его подопечные отрабатывают военные упражнения, включая выездку на конях и преодоление препятствий.
Молоденький персидский казачок сидел на гнедой кобыле, готовясь к прыжку через телегу. – Ну, малой, вперед, не плошай.
Казачок не оплошал.
– Хороший малец, – чинно кивал Ляхов рядом стоящему Реза-хану Мирпанджу, который попал к полковнику еще совсем мальчишкой.
– Хороший, – согласился Реза-хан, поправляя на голове каракулевую папаху.
– Берите шашку, словно голубку, – Ляхов показывал казацкому полку, как лучше рубить голову неприятелю. – Сильно прижмете – задушите, а слабенько – улетит птица. Не бельмес?
Молодые воины одобрительно кивали головами в черных шапках. Все как на подбор: высокие, крепкие, усатые, в черкесках с шашками. Недаром персидские казаки считались самым сильным войском Персии еще со времен шаха Насереддина Каджара.
