Аятолла питал лютую ненависть к династии Пехлеви, считая ее основным источником бед иранского народа. Прозападные реформы на восточный лад не могли приводить в восторг людей, чтящих свою культуру, религию и самобытность. Сам аятолла Кашани был ярым противником всяких западных реформ и присутствия иностранцев в Иране, отчего и пострадал, будучи выдворенным из страны английским и советским военным контингентом в Иране.
– Отдайте штурвал истинным хозяевам корабля. Тем самым вы избежите ненужных конфликтов.
– Вы забыли о пиратах, Ваше Преосвященство. Это очень кровожадные пираты, – свободная рука Гарримана метнулась в направлении на север. – Боюсь, что без помощи опытных мореходов пираты снова захватят ваш корабль, как они это сделали летом сорок первого, и вы навсегда упустите шанс хозяйничать на своем судне.
– Север вот там, агайи Гарриман, – догадливый собеседник исправил гостя и подвинул руку американца чуть правее. – Я молюсь каждый день, обращаясь лицом в сторону священной Каабы в Мекке. Это помогает мне точно определять части света. Что касается пиратства, то, как вам известно, главными пиратами всегда были подданные английского трона. Упомянутый вами Дрейк, удостоенный звания сэра королевой Елизаветой Первой, – лучшее тому подтверждение. – Кашани провел ладонью по своей бороде. – Это яркое свидетельство политики этой страны еще со средних веков. Если Англия будет грабить и унижать вас – это законно и принесет вам только пользу, если же некто, кроме англичан, конечно, попытается грабить вас – то они преступники и их надлежит вздернуть на виселице. Не так ли, агайи Гарриман? Не перед этой ли лицемерной дилеммой пытаются всегда нас поставить?
– Частично, Ваше Преосвященство.
– В чем же вы со мной не согласны, дорогой гость?
– В том, что англичане, в отличие от красных пиратов, не мешают вам молиться пять раз в день и не разрушают ваших храмов, как они делали в своей стране. И сделают это при малейшей возможности, которая может им выпасть в результате необдуманных действий. Потому вы и не забыли направления Мекки, так же как верно направляете мою руку на север. Вы не ощущаете, какие холодные ветра снова подули оттуда? Сколько советских агентов снова наводнили улицы и города вашей страны, не говоря уже об активизации партии «Туде». Они ждут, когда вы перегрызете друг другу глотки, чтобы снова посеять смуту в провинции Азербайджан и других регионах Ирана. Только на этот раз никто не сможет спасти вашу родину от расчленения. Если русские вновь вторгнутся в пределы вашей страны, никакая сила не сможет их больше отсюда вытолкнуть, потому что с каждым годом их армия становится только сильней.
– Сначала мы разберемся с одними разбойниками, а потом поговорим с другими. Для моего народа что Англия, что шурави – один черт. Оба порождения дьявола. Мы найдем силы изгнать из нашего дома дьявола. Великий Аллах поможет нам в этом святом деле. – Кашани быстро произнес короткую молитву и провел руками по лицу – этот жест в Исламе называется
– Атомная бомба русских не позволит вам больше с ними шутить.
– Они не посмеют использовать ее в пределах своих границ. Сами же и подохнут от своей бомбы.
– Если ради великого реванша, ради новых территорий и бесчисленных нефтяных залежей возникнет необходимость уничтожения половины своей страны, Сталин пойдет и на это. Пожертвовать большим, чтобы получить еще больше – это его философия. Я знаю этого человека не понаслышке, Ваше Преосвященство.
– Это больные фантазии англичан, навеянные страхом потерять контроль над Ираном, – отмахнулся аятолла.
– Подумайте, сколько смертей вы можете предотвратить одним своим словом. Иранцы ценят вашу мудрость и патриотизм. Постарайтесь забыть прошлые обиды и взгляните в будущее открытым сердцем. Я обещаю вам, что интересы Ирана будут соблюдены на самом высоком уровне.
– Слишком поздно, агайи Гарриман. Они так долго испытывали наше терпение, что в кровь иранцев уже впиталась ненависть ко всем англичанам, – взгляд Кашани стал суровым, по лицу пошли темные тени, голос снизошел до хрипоты, а костяшки на четках участили свое движение.
