Я с сомнением разглядываю содержимое баночки. Оно очень жирное, а моя кожа и так уже в критическом состоянии. Просматриваю состав ингредиентов, как будто чтение само по себе поможет мне понять, есть в этой вязкой пасте компоненты, вызывающие угревую сыпь, или нет.
Фигушки. Я не смыслю ровным счетом ничего в этом составе, кроме того, что это на триста процентов химия.
– Как я тебе? – спрашивает Жоэль.
Он прохаживается по комнате, раскинув руки, кривая улыбка поперек лица, весьма гордый своим костюмом охотника за ограми. Он подошел к делу с большим старанием, соорудив себе арбалет из старой вешалки для курток, которую переделал, потратив килограммы полимерной глины.
Выглядел Жоэль и впрямь классно. Он так мне надоедал по вечерам, доводя свой костюм до совершенства, что я решил войти в игру и перевоплотиться в огра, охваченного воинственным пылом.
– Здорово! – коротко ответил я. – Ты станешь сенсацией.
– Отлично! Ты видел, как я старался?
– А то! Ты не знаешь, где Колен?
– Нет, может, он пошел фотографироваться на улицу, надеясь, что Эйр увидит завтра снимки и внезапно поддастся его чарам?
Хуже всего то, что он, несомненно, прав. Мы послали сирену сообщение, он не ответил, и мы пошли в столовую. Солнце светило ярко, а я не надел вуаль, поэтому мы потеряли некоторое время, идя по темным коридорам.
Первый месяц в Полночной школе пролетел незаметно, и я чувствовал себя все лучше и лучше. Правда, я мог бы вылететь в первый же день после нашей стычки с Эйр в кафе.
Хозяин заведения позвонил в школу, как только официанту удалось нас расцепить, и мы получили феноменальный нагоняй. Директриса еще не закончила орать на нас, как прибыла моя мать, ужасно злая.
К счастью, Колен храбро вступился за нас и смягчил ситуацию, объяснив ей, что было на самом деле: Эйр его ударила, Скель напал на моего огонька.
Тогда гнев матери обратился на Эйр, и, честно говоря, я думаю, что не будь в кабинете директрисы, волчица не ушла бы оттуда невредимой. Мать пригрозила урезать свои спонсорские суммы для школы, если Эйр не приструнят, и, судя по тому, как директриса позеленела, я понял, что мои родители – одни из основных меценатов заведения. Мне пришлось поуговаривать мать, чтобы не забирала меня из школы, но, по-моему, в глубине души она горда тем, что я не застыл, как загипнотизированный, перед разъяренной волчицей.
Жоэль, Колен и я были признаны невиновными. Насчет Эйр не знаю. И наша дружба только укрепилась, не говоря уж о том, что эта история стала известна всей школе. Эйр с тех пор много времени проводила с телефоном, и Колен, у которого этот пунктик так и остался, рассказал нам, что она неплохо ориентируется в соцсетях. Есть у волков такая потребность – быть во всем первыми.
Потому, очевидно, Колен тоже этим увлекся. Странные существа эти сирены.
Кальцифер уселся мне на макушку и посматривал на меня, укрывшись среди кудрей.
– Как дела, толстячок? – спросил я, погладив его.
Мой огонек не больше ореха мурлычет, и я ему почесываю подбородок. Он начинает снова обрастать шерсткой, но какое-то время был плох. Мне неприятно признаться, что восстановлением его энергии я обязан Сюзель. Она без колебаний отдала мне все персеи, сколько у нее было, чтобы пополнить его запас таумы, и помогла мне сварить зелья, необходимые для ухода за элементалем. Благодаря Жоэлю и его связям мы нашли все необходимые компоненты. Думаю, что за это он отдал еще один палец ноги. Этот парень – сокровище, и даже Сюзель была вынуждена признать, что судила о нем неверно.
При мысли о том, что Кальцифер уцелел чудом, гнев перехватывает мне горло. Приходится сделать два-три глубоких вдоха, чтобы отхлынул прилив ярости.
По коридорам бродили толпы в ожидании празднования Хэллоуина, организованного моей сестрой, и вскоре я проникся всеобщим энтузиазмом.
Первый приз за лучший костюм получила бы, без сомнения, Самия, одетая как роковая женщина. Пожалуй, я в жизни еще не видел такого страшилища. За ее локоть цеплялась Ноэми в виде Мортиши Адамс. Хм, кто-то весьма своеобразно представляет себе персонажа классики Полдня.
К счастью, я не один нарядился огром, иначе чувствовал бы себя немного неловко; до трети учеников тоже выбрали этот костюм. Некоторые не ограничились, как я, футболкой, заляпанной гранатовым сиропом, и добавили детали: у одних болтаются на поясе головки кукол, другие слоняются, помахивая человеческой ногой (от манекена).
Но если ученики хорошо поняли, какие костюмы требуются, декораторы явно промахнулись. Кто-то перепутал и подвесил под потолком рождественские гирлянды, а на оконных рамах – пасхальные яйца. Но ведь главное – добрые намерения, не так ли? Я направился к стойке и взял стакан сангинады-гляссе с кусочками апельсина.
– Ну, что скажешь, братишка?!
Сюзель появилась у меня за спиной, как всегда, бесшумно, я вздрогнул и мысленно взвыл, потому что половина стакана выплеснулась мне на футболку. Впрочем, это и к лучшему. Теперь пятна крови будут выглядеть натуральнее.
– Здорово получилось, а? – требовательно спрашивает она.
