Он поднял руки, сдаваясь, но в глазах его горело любопытство. Я мог не рассчитывать, что мне удастся выспаться ночью.
– Ты не хочешь поговорить со мной о моей сестре? – спросил я великаншу.
Прюн мгновенно замкнулась, как устрица.
– Ну пожалуйста, – настаивал я. – Никто не знает, ни где она, ни что с ней случилось. Я просто хочу быть уверен, что не пропустил ни одного следа.
– Это не след, – сказала Прюн.
– Прости, что?
– Не след. Это секрет.
Я ощутил в груди странную пульсацию. Секрет?
– Секрет – это как раз хороший след, – заметил Жоэль.
– Мой секрет, – уточнила Прюн.
Эйр первая поняла, что имела в виду великанша.
– Ты хочешь сказать, что Сюзель известен секрет, касающийся тебя?
Прюн кивнула.
– Не знаю, как все остальные, но я умею крепко хранить секреты, – вставил Жоэль. – А у Эйр нет друзей. – Она ткнула его локтем в живот, он ухмыльнулся. – Посему, я думаю, с этой стороны тебе нечего опасаться.
– Подтверждаю, – заявил Скель. – В Стае обещания священны, волк от своего слова не отступит.
– Итак… единственное затруднение – это Симеон? – сказала Эйр.
Лич и волчица повернулись ко мне.
– Вы что! – разозлился я.
– А ты что?
– Я суперспец по хранению секретов!
– Докажи, – подтолкнул меня Жоэль.
– Но… Чего вы от меня хотите? Как я могу это доказать?
– Раскрой нам какой-нибудь секрет, для примера?
Я почувствовал, что не прочь отрихтовать ему челюсть крепким ударом гаечного ключа. Но злость моя испарилась: всех нас заставил вздрогнуть смех, подобный колокольному звону.
– Какие вы смешные! – развеселилась Прюн.
– Мы – да, – согласился Жоэль, указав пальцем на себя и на Эйр. – Вампир… не настолько.
– Сюзель тоже смешная.
В горле у меня застрял ком.
– Это точно. Точно, это смешнее всего.
Жоэль сочувственно сморщился, а Эйр, несмотря на то, что моя сестра залепила ей здоровую оплеуху, кажется, смягчилась.
– А что, если ты… поделишься с нами своим секретом, Прюн?
Молния блеснула из-под век огромной девочки. Прюн смерила нас оценивающим взглядом, потом испустила вздох, способный завалить какой-нибудь дом.
– Я не великаньего рода, – еле выговорила она.
Мы молчали, ожидая, пока она наберется храбрости сказать все:
– Я огрица.
Мы все разом напряглись. Огрица?! В Полночной школе?
Моя первая реакция была удрать без оглядки. Но я не сдвинулся с места, сдерживая свой страх, как пожарный перед выездом на вызов.
– Вот почему чары на тебя не подействовали, – заметила Эйр совершенно спокойно. – Огры невосприимчивы к магии.
Прюн кивнула.
– Но как… – засомневался я, – как моя сестра это обнаружила?
Напряженные плечи Прюн расслабились, когда она поняла, что никто не собирается всаживать ей вилы в живот.
– Сюзель увидела, как мой брат изменил запись в моем деле в прошлом году. Она пообещала сохранить это в тайне.
Я нахмурил брови.
– В прошлом году? Но тогда за что же он тебя ругал, а? Ты тут ни при чем.
Прюн опустила голову на колени.
– Я все время доставляю ему неприятности. Он постоянно нервничает.
Громкое сопение велика… огрицы странно контрастирует с деликатностью ее смеха несколькими минутами раньше.
– Значит… этот след завел нас в тупик, – вздохнул я. – Сюзель и Огюстен в хороших отношениях, они вместе вкалывали месяцами.
– Огюстен сильно влюблен в Сюзель, – улыбнулась Прюн. – Она не раз нам помогала.
– Правда?
Прюн, не раздумывая, покивала головой. Сердце мое сжалось. Меня не удивило то, что Сюзель не разоблачила Огюстена и Прюн, а предложила им свою помощь.
– А почему Огюстен хотел устроить тебя в школу? – спросила Эйр. – Это не опасно для вас?
Прюн слегка опустила колени и прислонилась к стене.
– Я огрица наполовину. Опасно среди огров, опасно среди полночников. Огюстен старается меня оберегать.
– Классный братец, – сказал я, надеясь ее утешить.
Она снова засопела, и от этого задрожали стены.
– Мы обещаем хранить твою тайну, Прюн, – повторил Жоэль. – Среди нас тебе нечего бояться, договорились?
Прюн кивнула и попросила нас ничего не говорить ее брату, которому не понравится, что она доверила свою тайну посторонним. Мне трудно воспринять ее проблемы в полном объеме (она ведь крупнее меня раз в десять), но я умею распознавать уныние, вызванное давлением семьи, когда с ним сталкиваюсь.
Ни за что не стану усугублять ее тоску. Вздохнув, я поднялся на ноги.
– Мы по-прежнему не знаем, где находится Сюзель. Нам остается только избавить директрису от чар Финеаса, и пусть она сама все уладит.
– Ни в коем случае! – воскликнула Эйр.
Я промолчал, ожидая продолжения.
– Ты объяснишься или я должен тебя умолять?
Она метнула в меня гневный взгляд.
– Я думала об этом. Когда мы были у директрисы, она сказала что-то насчет способностей твоей сестры, что ее сила выше среднего, верно?
Я скривился, не сумев скрыть свою горечь, но утвердительно кивнул.
– Значит, в школе нет никого, кто мог бы ее к чему-либо принудить?
– Теоретически так. Хотя, скажем, инугами могла бы, конечно, сделать все, что захочет.
– Но тогда…
Эйр широко раскрыла глаза и предоставила мне закончить фразу. И я вдруг понял.
– Тогда получается, что кто-то связал ее чарами подчинения.
– Именно так!
