– Нет. Самое странное то, что я тоже съела шоколадку. Однако мне не пришлось, очнувшись, обнаружить, что я пускаю слюни, как вы оба.
Ни Жоэль, ни я не опротестовали эту не очень лестную характеристику.
– Утром я несколько раз пыталась вас расколдовать, но не смогла, а потом сообразила, почему это не сработало. В зелье, должно быть, добавили чешуйки сирены.
– Чешуйки сирены? – переспросил я.
– Да. И все равно чьи.
Эйр достала свой телефон и показала экран. Мы с Жоэлем разом вздрогнули, увидев фото кошмарной твари.
– Что это за страшилище?!
Я мог бы описать это существо как гибрид селедки и таракана. Чудовища такого типа способны лишить вас сна, настолько нереально сочетание их частей.
– Таково истинное лицо Колена, – пояснила Эйр. – Я его сфоткала в день Хэллоуина, он бежал через двор, весь мокрый, как будто прямо из бассейна.
– Ох-ох… – сказал Жоэль, увеличив фото до максимума. – Из этого следует, что теперь, когда ты его увидела, шансы нашего сирена тебя соблазнить сводятся к нулю.
– Эти детали лишние, – ответила Эйр с кривой улыбкой. – Ясно только одно: зелье, которым зачаровали директрису, содержало чешуйки вашего приятеля, потому что вы пришли в себя, как только увидели его на фото. А на меня чары не подействовали потому, что я его уже видела раньше в природной форме.
Я обхватил голову руками и изо всех сил нажал на виски. Мы, кажется, засунули пальцы между какими-то шестеренками… Но в чем суть интриги?
– Эй, вы двое, объясните мне, бестолковому, о чем вообще речь? – буркнул Жоэль. – Выкладывайте все про ваши фокусы. Хочу знать, из-за чего я чуть не стал жертвой Финеаса!
Я собирался ему ответить, но тут Скель прочистил горло:
– Позвольте мне вмешаться. Я думаю, что вы забыли о самой крупной детали этого дела, дорогие друзья.
Эйр, Жоэль и я обменялись недоуменными взглядами.
– О какой? – спросила наконец Эйр.
Скель взмыл вверх, и его огненный шар озарил оранжевым светом закамуфлированное лицо Прюн.
«Она тоже ела шоколад».
Несколько минут после заявления Скеля никто не решался пошевельнуться; я уверен, что всем хотелось бы оказаться вне этой тесной каморки, набитой опасными предметами.
Эйр первая поднялась, напряженная, как кошка перед прыжком на добычу. Класс.
– Прюн? – прошептала она.
Великанша отпрянула, вскинула кулаки к лицу и ударилась о стену с грохотом горного обвала. Эйр изготовилась к атаке, Скель раздулся до размера небольшой рыбы-луны. Нужно было вмешаться, прежде чем он все испортит.
– Эй, эй, эй! – крикнул я, встав между великаншей и волчицей. – Тихо вы! Может, лучше дать ей возможность объясниться, а не входить в режим тотального подозрения?
– И это говоришь ты? – проворчала Эйр.
– Может, прекратишь? Я никого ни в чем не подозреваю!
– Кроме Финеаса, – вставил Жоэль.
Оглянувшись, я увидел, что он фотографирует стеллажи гоблина, ящик за ящиком.
– То есть?
– Ну, Финеаса мы подозреваем. Не знаю в чем, но подозреваем.
Эйр сменила позу, расслабилась.
– Почему чары на тебя не подействовали? – спросил Скель, подлетев вплотную к лицу Прюн.
Супер. Образец дипломатии.
– Не имею права говорить, – прошептала Прюн.
Первый раз в моем присутствии она выговорила целую фразу.
– Нет, ты сейчас нам…
– Остановись, Скель, – попросил я.
Огонек волчицы замерцал, и я понял, что он смеется.
– Что это, вампир мне приказывает? Или я сплю?
– Он прав, – вздохнула Эйр. – Умолкни, Скель.
И она села, скрестив ноги, прямо на пол.
– Извини меня, Прюн, – сказала она. – Я не должна была позволять страху овладеть мною. Ты всегда была добра ко мне, а я повела себя некорректно.
– Вы хоть осознаете, что я все еще не знаю, в чем дело? – рассердился Жоэль. – Я же не дурак, я понимаю, что вы что-то замышляете.
Я выдал ему краткое резюме:
– Мы случайно стали свидетелями ссоры между Прюн и ее братом, он ей устроил разнос в коридоре два дня назад. Огюстен, кажется, хотел сказать, будто «что-то» (учтите кавычки, поскольку здесь никто никого не обвиняет…) – Я пронзил Эйр взглядом, не дав ей раскрыть рот. – Что-то произошло между Прюн и моей сестрой, и это никогда не должно повториться.
– Мне кажется, очень важно то, что за несколько минут до того Прюн нас спасла от верной смерти, – добавила Эйр.
Я подтвердил этот факт.
– Ладно. Вечером расскажешь мне все поподробнее, Симеон, без вариантов!
Я улыбнулся и пообещал личу, что обязательно изложу полную версию. Тогда он уселся рядом с Эйр, опершись локтями на колени, а подбородком на кулаки.
– Ну что же, Прюн, продолжай, – подбодрил он великаншу. – Устройся поудобнее, вряд ли тебе комфортно упираться головой в лампу.
И Прюн попросту позволила себе опуститься на пол, поджав ноги. У Жоэля талант делать так, чтобы всем было удобно, этому я буду, несомненно, завидовать всю жизнь.
– Прежде всего, – заговорил я, – спасибо тебе большое, Прюн. Без твоей помощи нас бы расплющило.
– Да, спасибо, – повторила Эйр.
– Расплющило? – не смог сдержаться Жоэль. – Погодите-погодите! В библиотеке были вы?
– Позже узнаешь, Жоэль, – хором ответили мы с Эйр.
