Полнолуние полностью

— Интересно, как я на тебя вышел, как догадался? Очень коротко объясню, потому что рассусоливать с тобой, грызться или даже допрашивать без протокола некогда. Я квартирую у местной библиотекарши, Полины Стефановны. К ней частенько захаживает Лариса Сомова, учительница, супруга теперь уже покойного главного местного чекиста. Нашла родную душу, делится со старушкой сокровенным. Так уж сложилось, что Стефановна доверяет мне. Обмолвилась — был у Ларисы другой муж. Только в лагере сидит, враг народа. Подробностей мне не надо, про врагов народа лучшее ее знаю. Ну, есть у меня свои обстоятельства…

Сейчас Левченко шел ва-банк, раскрывался так, как не позволял себе до сих пор ни с кем, но другого способа быстро склонить Вовка на свою сторону не видел.

— Сегодня рано утром видел Ларису. Разговаривал с ней. На скорбящую вдову не похожа. Облегчение, вот что на лице написано. Другой бы не заметил, но я же ее несколько месяцев, если не ежедневно, то через день, наблюдаю. Нет растерянности. Хочет уезжать отсюда и знает, что делать. Когда женщина с ребенком во время войны спокойна, потеряв мужа с возможностями, — это говорит о многом. Особенно когда начальник отдела НКВД начинает интересоваться мужчинами, которые недавно устроились на подконтрольной ему территории. И дважды подчеркивает для себя фамилию некоего Волкова Игоря, сторожа из Дома культуры, демобилизованного из армии.

— И что?

— А вот.

Расстегнув левой рукой верхние пуговицы шинели, Левченко засунул ее за выкат, пошелестел, вытащил вместе со сложенной вчетверо бумажкой.

— Ответ на мой запрос. Когда услышал от Стефановны про «осужденного» бывшего мужа Ларисы Сомовой, решил поинтересоваться для себя, за что сидит. Начальник милиции имеет право такие запросы делать. А подобных запросов десятки, если не сотни. Никакая канцелярия на такое специального внимания не обратит. Игорь Вовк сбежал из лагеря номер такой-то такого-то числа августа месяца текущего года. Нынешний супруг Ларисы наверняка знает это. И изрядно интересуется гражданином по фамилии Волков. Дальше объяснять?

Почувствовав, какой сейчас будет реакция, произнес поспешно, опережая бессмысленные попытки выкрутиться:

— Кроме меня и Сомова никто ничего не подозревает. А Сомова вовремя загрызли. Супруга тебя не выдаст. На мое слово тоже можешь положиться.

Сперва хотел давить: мол, сохранит тайну, если Волков-Вовк согласится помочь. Однако попрощался с этим планом, уже когда начал разговор и увидел реакцию Игоря. Им придется вместе идти в лес, ловить того, кого считают оборотнем. Если поставить беглеца в такие условия, Андрей не сможет спокойно становиться к нему спиной. Ведь тот рассудит: как только потребность в помощи отпадет, его сдадут.

Значит, Левченко опасен.

Потому что на самом деле Вовку нет дела до лесного хищника. Но если дать гарантии безопасности, ничего не требуя взамен, можно получить союзника. И не бояться удара в спину.

— Почему я должен тебе верить? — наконец выдавил из себя Игорь.

— Значит, ты этим подтверждаешь, что ты — Игорь Вовк, сбежавший из лагеря. Заметано?

— Будем знакомы.

— Молодца. В таком случае докладываю: есть причины, почему мне не станет легче от твоего разоблачения и повторного ареста. Объяснять ничего не собираюсь. У меня с этой властью свои счеты. Неоплаченные. Прикрывая тебя, Вовк, я их частично начинаю взыскивать. Лет шесть ждал случая, если не больше.

— Почему же — поверю. Не вижу другого смысла в таком твоем появлении. Ты просто так пришел, похвастаться, какой умный и как меня вычислил?

— Правильные вопросы, Игорь. Если бы ничего не хотел от тебя, держал бы твою тайну при себе. Живи.

— Спасибо, добрый человек. Что хочешь?

Левченко машинально скользнул глазами по часам. Пятнадцать тридцать. Еще не вечер, но уже и не совсем день — с учетом конца сентября.

— Чувствуешь себя как? Точно больной? Потому что не похоже. Доктор Нещерет говорил, там у тебя целый букет болячек, лагерных…

— Ты меня лечить пришел? Странная забота о здоровье.

— Зубы не скаль. Готов прогуляться со мной в лес? Километров двадцать. Марш-бросок не такой уж большой. Спокойной прогулки не обещаю, там могут быть препятствия. Но если идти, то прямо сейчас.

— Подумать надо, старлей. Цель прогулки?

— Проверим одну информацию. Она касается того, кто так своевременно для тебя порвал глотку капитану Сомову. Есть у меня подозрение, где найти его логово.

Игорь зачем-то оглянулся, тогда вспомнил:

— Логово, говоришь. Давно у тебя такие подозрения?

— Да вот уже скоро два часа как.

— Ты смотри. Слышал я про местного оборотня. Его год найти не могли. А старший лейтенант Левченко, вишь, за два часа справился. Хотя его не очень-то и искали.

Андреева правая рука крепче сжала рукоять пистолета — сказалось напряжение.

— Год? Говоришь — год? Он же тут с мая будто бы орудует.

— Неправильная информация, старлей. Просто говорить о нем не принято было. Народ что тогда боялся, что теперь.

— Кого боялся народ?