— И что? — следующий вопрос Лунин задал, уже прижимая машину к обочине. — Что-то узнал?
— Что-то узнал. — Вадим распахнул дверь, и голос его тут же смешался с завыванием ворвавшегося в машину порыва ветра. — Сейчас кофе попьем, все расскажу. Все примерно так, как ты и говорил. Была «Нива».
— С совой? — уточнил Илья.
— С совой, — кивнул оперативник.
Кольт и Макаров появились в половине десятого, как и было условлено еще с вечера. Получив от Зубарева инструкции, они уже собирались уходить, когда Кольт вдруг спохватился:
— А что это Петр Григорьевич сегодня в совещании не участвует? Что у него, особое задание? Или из доверия вышел?
— Не то слово, какое особое, — не стал вдаваться в подробности Зубарев. — Дай-ка мне сюда, Юра, свои наручники.
— Можно узнать зачем? — удивился Кольт.
— Можно, — тряхнул головой Вадим, — но позже.
Поняв, что ничего другого выяснить не получится, лейтенанты один за другим покинули гостиную.
— Ну что, пора и нам выдвигаться? — Вадим машинально коснулся висящей на плече перевязи кобуры. — Время-то уже поддавливает.
— Если бы только время, — вздохнул, вставая с дивана, Лунин. — Что-то мне слабо верится в успех нашей авантюры.
— Так ты еще оптимист, — ухмыльнулся Зубарев, — я-то вообще в нее не верю. Но попробовать надо. Другого варианта у нас все равно нет. Хотя, знаешь, приедут эксперты, прошерстят его машину как следует, что-нибудь да нароют.
— Не факт, — Илья с сомнением покачал головой, — он ведь мужик толковый. Если дно заранее пленкой выстелил, то может ничего и не найтись.
Как только Лунин подошел к двери, Рокси залилась пронзительным лаем, не согласная с тем, что ее в очередной раз оставляют в одиночестве.
— И куда ты собралась? — попытался было договориться Лунин, но получил в ответ новую порцию еще более громкого лая. — Ладно, поедем. Только, если придется весь день в машине сидеть, потом не обижайся.
Хлопнула, закрываясь, дверь коттеджа, захрустел под ногами снег. Знакомый писк сигнализации, вновь хлопок закрывающейся двери, на этот раз автомобильной, почти одновременно с ним второй. На секунду взревел, а затем, тут же успокоившись, равномерно зарокотал двигатель «хайлендера». Илье вдруг показалось, что он не просто слышит один за другим набор привычных звуков, он чувствовал, как все эти звуки буквально пронзают его насквозь, проникают прямо в голову, мечутся там внутри, эхом отскакивая от стенок черепной коробки, а затем, вновь вырвавшись наружу, уносятся куда-то прочь, оставляя после себя лишь ощущение неумолимо приближающейся катастрофы.
— Смотри, он уже куда-то намылился, машину греет. — Вадим ткнул рукой в лобовое стекло.
Илья кивнул, хотя он уже до этого увидел стоящий у крыльца «УАЗ-Хантер», из выхлопной трубы которого вырывались рваные клубы дыма. Однако в салоне автомобиля никого не было видно.
Вновь хлопнули одна за другой автомобильные двери, заскрипел под ногами снег. Всего несколько шагов до крыльца, всего три невысокие ступени. Оказавшаяся незапертой входная дверь распахнулась, как только Зубарев надавил на дверную ручку.
— Заходим? — еле слышно прошептал, обернувшись, оперативник и, прежде чем Илья успел ответить, шагнул в дверной проем, на ходу извлекая из кобуры табельный «макаров».
Первое, что услышал, входя в дом, Лунин, был шум спускаемой в унитазе воды. Затем, уже гораздо тише, вода потекла в раковину, и, наконец, щелкнула, поворачиваясь, дверная ручка.
— А что вы тут делаете? — На лице хозяина дома появилась уже знакомая Лунину гримаса брезгливого удивления.
— В очередь стоим. В сортир. Неужто непонятно? — буркнул в ответ Зубарев, и, прежде чем Борискин успел произнести еще хотя бы слово, на его запястьях защелкнулись наручники.
В это же мгновение на лестнице послышались шаги бегущего вниз человека.
— Что вы делаете? Папа…
Борискин-младший бросился было к отцу, но был ловко перехвачен тут же накинувшим на него вторую пару наручников оперативником.
— Что, пацан, вольная жизнь недолго длилась?
Зубарев подтолкнул подростка в сторону гостиной.
Следующего отнюдь не дружеского тычка в спину удостоился Михаил Анатольевич.
— Располагайтесь, господа, — оперативник махнул рукой в сторону дивана, — беседа у нас с вами будет не шибко долгая, поскольку времени в обрез, но максимально для вас неприятная. Уж можете мне поверить.
— Кто бы сомневался, — опустив голову, проворчал Борискин-старший, и тут же был вознагражден звонким подзатыльником.
— Рот открывать будете только по моей команде! — рявкнул Зубарев. — Схема простая: я задаю вопрос, вы в темпе отвечаете. Первый вопрос — где Алина?
