Он почувствовал, как она пытается скрыть разочарование. И тоже ощутил разочарование. Разочарование им. Тем, кто всегда был для нее идеальным мужчиной. Тем, кто всегда мог принять быстрое, а главное, правильное решение. Тем, кто всегда мог действовать в соответствии с тем, какое решение принял. Кто всегда мог удивить, изумить, очаровать. Отшвырнув телефон на кровать, Ринат подскочил к висевшему на стене турнику и начал подтягиваться, надеясь физическими усилиями заглушить появившееся так некстати недовольство самим собой. Знала бы Инга, что он ее обманул. Ну а что он мог сделать? Сказать, что сейчас еще в городе, но уже через сорок минут уедет? Это звучало бы еще хуже. И наверняка тогда он услышал бы вопрос, на который у него не нашлось бы подходящего ответа. Ты можешь не уезжать? Вот только для него самого разница почти неощутима. Хоть Инга и не задала вопрос, но это не значит, что он его не услышал. Ты можешь не уезжать?
— Нет, — шумно выдохнул он, соскальзывая с турника на пол, — нет!
Покончив с завтраком, Зубарев неспешно потянулся, разминая мышцы, и уже собирался выскользнуть на крыльцо для первого утреннего перекура, когда зазвонивший в кармане телефон нарушил плавное течение так удачно начинающегося дня.
— Когда он проехал? — недовольным тоном переспросил Вадим, и Лунин, собиравший со стола посуду, тут же насторожился. — Когда? У вас там что, у всех мозги запотели? Почему только сейчас звоните?
Невидимый и неслышимый Лунину собеседник, должно быть, привел какие-то весомые аргументы в свое оправдание, поскольку дальнейшее течение разговора уже не было таким бурным.
— Ладно, я понял, — проворчал, успокаиваясь, оперативник, — знаю я, что еще время есть. Хорошо, будем ждать. Счастливо!
Сунув телефон в карман, Зубарев сгреб со стола пачку «Мальборо» и, задумчиво глядя куда-то в потолок, извлек сигарету и сунул ее в рот.
— У нас новости? — осторожно поинтересовался Лунин.
— У нас гости. — Вадим похлопал себя по карманам. — Ты зажигалку не видел?
— А конкретнее?
— Зипповская зажигалка, серебряная. Где-то здесь валялась. — Зубарев напряженно огляделся по сторонам.
— Вон твоя зажигалка, у плиты лежит. — Илья аккуратно сложил тарелки в раковину. — Я тебя про гостей спрашиваю.
— Да понял я, понял. — Схватив лежащую на столешнице «зиппо», Вадим хотел было тут же закурить, но в последний момент смилостивился над Луниным: — Два часа назад «ренджровер» Аглиуллина проехал пост на выезде из города в нашем направлении.
— Кто в машине?
— Понятия не имею. Хватит того, что у него на днях документы проверяли, если еще сейчас начать останавливать, Ринат может почуять неладное.
— Не факт, что они вообще сюда едут. Четыреста километров по трассе.
— Километров, может, и четыреста, а населенных пунктов поменьше будет, и почти все они недалеко от Среднегорска, — покачал головой Зубарев. — Полчаса назад «рендж» миновал Шелепино, это последняя точка, где стационарные камеры, к которым онлайн подключиться можно. Если он вдруг неожиданно не развернется, то часа через полтора будет здесь.
— Да, после Шелепино, считай, ничего и нет больше, — кивнул Лунин, — разве что они заедут в райцентр, хотя там им точно делать нечего.
— Вот именно. Только, скорее всего, там не они.
— В смысле — не они? — не понял Илья.
— В смысле, что Китаец может приехать один. Есть вариант, что он взял кого-то из своих людей, но Дамира с ним точно нет.
— Это откуда такие сведения?
— Оттуда. Ты же сам просил его отслеживать. Сегодня в пять утра он должен был прилететь из Уфы. Во всяком случае, билет на его имя был продан. Вот только на рейс Дамир не регистрировался.
— И что это значит?
— Да кто ж его знает, это надо в Уфе узнавать, может, там чего скажут. — Зубарев флегматично пожал плечами. — Ладно, пойду покурю, в конце концов. Чувствую, день сегодня напряженный будет. А ведь воскресенье!
Чтобы сэкономить время, было решено разделиться. Лунин взял на себя ответственную миссию по возвращению домой Кноля-младшего, а также допросу Аркадия Викторовича, Зубарев же должен был побеседовать с любителями шашлыков и красного вина Толмачевыми.
— Вадик, я тебя только прошу, поговори с людьми спокойно, — напутствовал его Лунин, — а то ты что-то последнее время уж больно нервный стал.
— Разберемся, — хмуро отозвался оперативник, застегивая под горло молнию на куртке, — обещаю никого не бить.
— И за пистолет не хвататься, — улыбнулся Илья.
— Постараюсь, — буркнул в ответ Зубарев, а уже через мгновение входная дверь захлопнулась за его спиной.
Несколько минут спустя Лунин, распрощавшись с Рокси, тоже вышел из дома. Расстояние от коттеджа до опорного пункта, в котором провел ночь Олег, «хайлендер» преодолел за две минуты. Еще четыре потребовалось Лунину на то, чтобы, коротко переговорив с уже заступившим на дежурство Колычевым, забрать подростка из камеры и усадить на пассажирское сиденье автомобиля.
