– Нет, Мерседес, мне очень хочется посмотреть на твою помолвку. Даже в такой роли!
Когда Мерседес спустилась вниз, она увидела нечто невообразимое: гости мучились в муках, многих из них выворачивало в туалетах и ванных комнатах!
– Этот бефстроганов из лангуста странно пахнет! – сказала Женуина на кухне Розалине. – Как хорошо, что невеста была в это время наверху и не попробовала его, он мне не нравится.
Оливия сделала своё дело – она превратила помолвку ненавистной ей потаскухи из предместья в акт всеобщего отравления. Не пострадали только Мерседес и, конечно, Оливия, которая, несмотря на большую любовь к бефстроганову из лангустов, на этот раз не притронулась к изысканному блюду.
…Странная ситуация была и в доме Соуто Майя: гости ждали невесту. Изабела куда-то исчезла. Её искали в спальне, в саду, но нигде её не было, и лишь Северино, смущаясь, сказал, что Изабела ушла больше часа назад, объяснив, что ей нужно что-то взять в машине. Он, конечно же, предложил ей свои услуги, но Изабела отказалась. Единственным кто сохранял спокойствие, был Вагнер. Воспользовавшись тем, что Лаис и Конрадо принимали гостей, он вышел из дома и позвонил своему другу, работающему в полиции. Вагнер, хорошо знал Изабелу. Поэтому он спросил, не было ли какого происшествия в округе, связанного с аварией автомобиля. Происшествие было. И именно с Изабелой. Оказывается, она на огромной скорости пересекала перекрёсток, создав аварийную ситуацию, еле вывернулась из-под колёс огромного грузовика и врезалась в столб. Приятель указал номер полицейского участка, где находилась Изабела в ожидании решения своей участи. Вагнер, со свойственным ему умением, очень быстро уладил формальности, и подошёл к Изабеле, сидящей неподвижно в углу.
– Едем домой, Изабела!
– Я никуда не поеду! Я не хочу становиться твоей невестой, я не желаю выходить за тебя замуж. Зачем тебе это нужно, Вагнер?
– Потому что я люблю тебя, Изабела. Я хочу тебе помочь. Я поговорил с сотрудниками, это дело замнут.
– Я останусь здесь и никуда не пойду отсюда вместе с тобой.
– А ты знаешь, что тебя хотят отправить в сумасшедший дом? Если ты сейчас тихо и спокойно не пойдёшь со мной, я позвоню домой, и всё откроется. Идём! – Он взял её за руку и повёл за собой.
Изабела появилась на приёме кроткая, как овечка. Но уже очень скоро она начала пить шампанское бокал за бокалом и, выпив бокал, разбивала его об пол. Гости Конрадо и Лаис с ужасом смотрели на неё. Лишь один Вагнер прокомментировал спокойно:
– Пусть каждый разбитый бокал принесёт нам семь лет счастья. Надеюсь, кто-нибудь сосчитал, сколько их было?
– Их было слишком много, по-моему, достаточно, – заметила Патрисия.
– Ну, вот и хорошо. Я благодарен моей невесте, и теперь она пойдёт отдыхать. Праздник продолжается! – Вагнер взял Изабелу за руку и увёл наверх, в спальню.
– Да, Вагнер умеет с ней обращаться, – сказала Венансия Лаис.
– Конрадо, тебе нужно поговорить с Вагнером. Здесь что-то не так, – прошептала Лаис мужу.
И вдруг с верхней площадки раздался крик: «Мама, папа, Рутинья, бабушка! Не надо, пожалуйста, не надо всего этого! Бабушка, хоть ты помоги мне!» – кричала Изабела.
Рената отчётливо понимала, что, если сейчас она не заполучит Аугусто, она не получит его никогда. Она приходила к нему каждый день, пыталась его накормить, пыталась развлечь. Всё было напрасно. Она предложила ему переехать к ней, но Аугусто ответил:
– Я хочу остаться здесь. Мне хочется быть рядом с ней. Мне интересно узнать, чем кончится эта история. Я решил идти до конца хотя бы ради того, чтобы убедиться, что я её потерял, потерял навсегда…
– Это звучит просто зловеще, Аугусто, какая-то похоронная речь.
– Возможно. Именно так люди расстаются с надеждой, её надо проводить в последний путь, посмотреть, как гроб опустят в могилу и засыплют землёй. Только так можно убедиться, что всё кончено. По крайней мере, я так считаю. И, наверное, не один только я.
– Я не позволю, чтобы ты вот так сдавался, встряхнись, Аугусто!
– Я встряхнусь после того, как состоится её свадьба. Теперь я часто спрашиваю себя: стоила ли вообще эта игра свеч? Ради чего я так боролся, зачем я затеял эту игру, зачем не сказал ей всю правду о себе?
И тут Рената почувствовала всем сердцем, всей кожей, что настал решительный момент.
Дело в том, что она навестила Женуину, чтобы убедиться, что мать Мерседес – именно та женщина, которая приходила в офис и забрала с собой фотографию Аугусто и Вагнера. Именно та женщина, которая слышала разговор о том, что Аугусто богат, что он сын владельца компании. И она убедилась в своём предположении. Она потребовала вернуть ей фотографию, но Женуина скандально прогнала её. Рената не огорчилась: то, что ей нужно было знать, она узнала. И вот наступил решающий момент.
– Аугусто, – сказала она, нежно взяв его руку. – Не мучайся ты так, не страдай. Ты ни в чём не виноват. Как бы ты ни повёл себя, Мерседес не стала бы твоей. Она ведь прекрасно знает, кто ты такой!
– Это неправда, Рената, ты ошибаешься!
