– Не смей мне грубить, если ты выходишь замуж, это ещё не значит, что ты уже не моя дочь. А если у тебя нет отца, то тебя может проводить в церковь кто-нибудь из наших знакомых мужчин. Например, Тулио?
– Не смеши меня, мама. Мне пора, меня ждёт Дуглас. Мы скоро вернёмся, я приведу его прямо сюда.
– Мам, – сказал Родриго, – да не старайся ты так. К чему всё это?
– А мне не нравится, что жених берёт на себя все расходы. Этот парень думает, что Мерседес богата, что у неё большое наследство, но сегодня он узнает, что я вовсе никакая не прислуга, а её родная мать. И если, узнав, что у неё нет ни гроша за душой, он не откажется от неё, я буду счастлива за Мерседес. Но только у меня такое чувство, что он сразу пойдёт на попятную, этот Дуглас.
Вот с таким настроением носилась женщина по дому, готовясь к помолвке.
– Готово! – сказала она, вынимая противень из плиты. – Горячее я подам вовремя. Гости будут выпивать в доме, а закусывать на улице. Зели говорит, что так принято в Америке. По-моему, она не права. Ведь у нас будут только бразильские блюда.
Тулио видел её смятение и поэтому без конца шутил.
– Я даже смотреть не хочу на твои блюда, иначе я просто не удержусь и всё съем. Пора звать Урбано и Калисто, пусть вынесут столы и расставят пиво. А ты пока приведи себя в порядок.
– А я не буду слишком наряжаться, пусть все смотрят на меня такую, какая я есть. Пусть от меня пахнет кухней, я только немножко наведу марафет, чуток надушусь и надену что-нибудь почище. Ведь ты всё равно любишь меня, какой бы я ни была.
Столы были накрыты, и все соседи собрались, но, ни Мерседес, ни Дугласа не было.
– Может, пора уже подавать ужин? – спросил Тулио.
– Давай подождём ещё немножко, – сказала Женуина. – А то они могут решить, что мы их не уважаем.
– Это они нас не уважают, – заметила Эрме. – Разве можно так задерживаться?! Может, они вообще придут в полночь. Они, наверное, не понимают, что завтра всем нужно работать и что все просто умирают с голоду.
– Лоуренсо, Калисто, зовите гостей! Скажите, что ужин подан. Ким, сбегай за Аугусто.
Аугусто был не один, у него в гостях была Рената.
– Аугусто, милый, не переживай так, не надо, прошу тебя. Буби мне обо всём рассказал. Поверь, она не стоит таких страданий.
– Я сейчас слушаю, как они там шумят, и думаю о своей жизни, о жизни вообще. Я задаю себе вопросы и пытаюсь на них ответить.
– И к какому выводу ты пришёл?
– Вывод ясен: в жизни нет никакого смысла. Человеку незачем жить на свете, поэтому неважно – рождается он или нет… Живёт или умирает… Наши неудачи не имеют никакого значения, впрочем, и успехи тоже. Потому что они ничего нам не дают.
– Аугусто, Аугусто, тебя ждут. Идём со мной. Дона Женуина зовёт тебя на помолвку Мерседес!
– Я никуда не пойду. Извинись за меня перед доной Женуиной, – ответил Аугусто.
Часы показывали десять. И Тулио, сделав знак Женуине, попросил её выйти вместе с ним на задний двор.
– Жену, дорогая! Я думаю, что Мерседес не придёт. Это её очередная штучка, кажется, самая плохая из всех, которые она делала.
– Я понимаю, почему она это сделала. Она боится, что я расскажу всем правду, и все узнают про эти её сказки насчёт наследства в Испании!
– Тогда нам лучше поторопиться, Жену. Люди ждут, тем более, как говорится, «пока правда обувается, ложь успевает обежать весь свет».
– А я не допущу, чтобы это случилось. Я не допущу, чтобы она играла со мной в кошки-мышки. Надеюсь, ты не станешь мне мешать, Тулио?
– Ты часто совершаешь безумные поступки, но, в конце концов, оказывается, что ты права. Делай то, что ты считаешь необходимым.
– Я должна это сделать, и я сделаю это, даже если потом Мерседес не будет разговаривать со мной до конца дней.
В доме Жорданов праздник был в полном разгаре. Вспыхивали камеры приглашённых фотографов, горничная обносила гостей напитками. Мерседес чувствовала себя героиней дня и оживлённо болтала то с одним, то с другим гостем. И вдруг она увидела в дверях зала свою мать. Она беседовала о чём-то с Розалин.
– Вам что-нибудь нужно? – спрашивала Розалин Женуину. – Вы не заблудились случайно?
– Да мне много чего нужно, но сначала я хочу поговорить с доной Мерседес Мирандой. Вон та девушка, которую все считают счастливой невестой, на самом деле всего лишь бессердечная дочь.
Растерянная Розалии сделала знак Китерии. И Китерия подскочила к ней.
– Что это значит?
– Я сама разберусь, дона Кика! – Мерседес подбежала к ним.
– Ты знаешь, кто эта женщина? – спросил Жордан.
– Это служанка матери Мерседес! – ответил Дуглас.
– Успокойтесь, ничего не случилось, праздник продолжается! Слушайте музыку, угощайтесь, отдыхайте! Официант, подавай гостям напитки! – крикнула Китерия.
– Что тебе здесь нужно? – прошипела Мерседес.
– Я пришла за тобой. У тебя сегодня помолвка, ты что, забыла?
– Мерседес, что всё это значит? – обратилась к ней возмущённая Китерия.
– Не волнуйтесь, я всё улажу, дона Кика… – ответила встревоженная Мерседес.
– Кто такая эта женщина, ответь мне? – спросила Китерия.
– А вы не вмешивайтесь, это наши дела. А то потом не отмоетесь! – Женуина уже не сдерживалась.
