– Вот как? Поздравляю. Ты продвинулся. Не зевай, братик. А насчёт праздника не волнуйся. Живи спокойно и развлекайся со своей наставницей. А мы с Дугласом тоже не придём.
– Как не придёте? Мать старается, в долги влезла…
– Я так долго добивалась счастья, что не собираюсь ставить его под угрозу не только из-за капризов матери, но даже… даже дав волю своему чувству.
– Смотри не пожалей.
– А куда вы идёте с Рутиньей?
– Тоже на помолвку. Только, в отличие от твоей помолвки – счастливую.
Вагнер ходил по офису, по-хозяйски положив Изабелле на плечо руку. Она попыталась стряхнуть её, но Вагнер ещё вульгарнее, ещё жёстче обнял невесту.
– О! – Рената изобразила величайшую радость. – Поздравляю вас! Вы счастливы, Изабела? На Вагнере счастье просто написано.
– Я не хочу выходить за тебя замуж, – сказала Изабела, когда Вагнер закрыл дверь кабинета. – Я буду говорить об этом всем, так что…
Но Вагнер не дал ей договорить. Он распахнул дверь.
– Рената, можно тебя?
– Нет, не надо, – прошептала Изабела.
– Я раз и навсегда отучу тебя от шантажа. Рената, это твои часы? – Он вынул из кармана изящные часы и протянул Ренате.
– Да-а… – протянула изумлённая Рената. – Откуда они у тебя?
– Они были у Изабелы. Изабела, объясни, каким образом…
– Я… я, – Изабела залилась краской, – я нашла их в раздевалке и забыла, а Вагнер вспомнил… вот… мне пора… Вагнер, мне пора домой. – Последние слова прозвучали просительно.
– Иди, я заеду позже, – отпустил несчастную жертву Вагнер.
В двух домах готовились к помолвке. И если в доме Женуины помолвка дочери была ещё и поводом собрать соседей, угостить их как следует, дать возможность отдохнуть и повеселиться, то в доме Китерии помолвка пасынка была поводом пригласить богатых и знатных людей, похвалиться своим домом, своим нарядом. Китерия заказала необычайно роскошное платье с блёстками, висюльками и совершенно безумную шляпку, изображающую собой гроздь бананов. Бананы были исполнены с величайшим мастерством из золотистого шёлка. Платье Мерседес, наоборот, было подобрано Дугласом с величайшим вкусом. Пышная юбка подчёркивала тонкую талию Мерседес, а серебристые украшения в форме эполет придавали платью необычайную изысканность. Но Китерии платье не понравилось. И не только потому, что это был вкус её пасынка, но и потому, что оно показалось ей слишком скромным.
Смотреть туалет Китерии были приглашены девчонки – Оливия и Патрисия.
– Патрисия, родная, сначала я была в ужасе, когда ты сказала, что обе помолвки состоятся в один и тот же день. Но потом, когда ты так любезно дала адрес портного, у которого твоя мать шьёт платья, я почувствовала себя вознаграждённой за мои страдания. Посмотрите на моё платье, правда, оно напоминает свадебное платье принцессы Даяны? Даяна была вся в жемчуге, потому что принц Чарльз служил во флоте. Но, я же, не могу себя увешать кусками мяса оттого, что Жордан торгует им?! И вот я выбрала бананы. Странно, а почему Дуглас выбрал эполеты для Мерседес? Он ведь не имеет никакого отношения к армии, что довольно стыдно для мужчины.
Оливия с нетерпением слушала мать. Ей хотелось поскорее смыться в аптеку, чтобы купить лекарство. Наконец, она воспользовалась тем, что мать ушла на кухню показывать платье Розалин, и помчалась в аптеку. Аптекарь посоветовал ей давать капли только по две на один приём, и добавил, что у этого препарата нет никакого побочного вкуса, его стоит только добавить в пищу, и животное ничего не заметит. Главное – не переборщить, а то его сразу вывернет.
Китерия уговорила дизайнера Лауриньо пригласить знаменитостей. И на приёме она просто купалась в волнах восторга. Лауриньо привёл на приём знаменитого модельера Жоржинью и не менее знаменитого архитектора. Со стороны невесты с гостями было не очень густо. Мерседес пригласила Розу – продавщицу из магазина Китерии. И она была единственным представителем в клане невесты!
– Ты знаешь, Дуглас, – печально сказала Мерседес, – я одинокий человек, мать – в Испании, отец умер, брат уехал в Сан-Паулу.
– Я надеюсь заменить тебе и мать, и отца, и брата, – сказал Дуглас и нежно обнял её. – Ты знаешь, я даже у Китерии обнаружил хорошее качество.
– Какое? – спросила Мерседес.
– Она умеет подбирать продавщиц, как никто другой в мире.
– Не говори так, а то я буду ревновать! – кокетливо сказала Мерседес…
Это воркование продолжалось бы, наверное, весь вечер, если бы не произошло некое событие.
Но вернёмся в дом Женуины. С утра Женуина поставила Тулио на салаты. И надо сказать, что Тулио замечательно справлялся с обязанностями коренщика. Единственное, чего он не знал, – это как спасаться от «лукового горя», и Женуина посоветовала ему набрать в рот воды. На душе у неё было тошно. С утра состоялся неприятный разговор с Мерседес. Женуина сказала, что ей не нравится, что в церковь невесту поведёт отец жениха.
– Тогда отправь телеграмму отцу, пусть он приедет! Ты ведь знаешь, где он находится! – нагло ответила Мерседес.
