Тимофеев не ответил, его опередил Мнацакян, поправил.
— Нет, Тимоха сказал: «связь поколений». Я помню.
— Это одно и тоже, — мрачно замечает Тимофеев. С удивлением смотрит на своих друзей, не может понять, почему его не понимают, почему не улавливают идею.
— Ну правильно, я и говорю. — Мнацакян отмахнулся, но спросил. — А как мы её состыкуем — эту связь, Женька? Я не понимаю. Нужны же концы. И вообще, что за связь такая? Радиосвязь знаю, половую — знаю, секретную… Ты про Интернет, что ли?
А Тимофеев уже улыбался, мысль уже полностью сформировалась, пришла, идея на кончике языка уже была. Вот она!
— А вот ножками! — весело заявил он. — Начнём со строевого отдела. Концы там.
И Кобзев похоже «врубился».
— Так чего мы тогда стоим, мухтары, вперёд. — Воскликнул он.
— Р-рота, в колонну по одному, — подхватив, громко скомандовал Мнацакян. — Впер-рёд, шаго-ом марш!
Шутливо выполнив команду, печатая шаг, Тимофеев, Кобзев, Мальцев, Трушкин и Мнацакян, выстроившись в затылок, затопали по коридору. Им, в след, на шум, выскочил и старшина оркестра, старший прапорщик Хайченко.
— Эй-эй, вы чего это (Пацаны!)? Куда? Отставить! С ума сошли? Тимофеев, Кобзев… Обернулся один Мнацакян, он замыкающим в «колонне» топал.
— Нет, мы по нужде.
— О! Тогда и я с вами, — воскликнул старшина, подхватываясь вдогонку.
Ну вот, дождался! Прилетел! Эту фразу про Змея-Горыныча («Бойся! Прячься! Хана!»), лжеКонев помнил. Не впереди себя помнил, не перед собой, а за спиной, в «пятом» эшелоне. На переднем плане другой образ был. Не грубо негативный, а здесь, почти рядом, но неземной… светлый и нежный… Аннушка, Анечка! Теперь вот предстояла встреча с каким-то Змеем-Горынычем. Имя этого «зверя» — новичок помнил — охранники произносили с чувством откровенной тревоги, страха и угрозы. Его похоже действительно боялись. Одно имя нагоняло на них страх. Мистический ужас. Интересно, а какое оно, это чудо-юдо в действительности, и вообще. В наше время, это может означать что угодно. Мелькнула пару раз в подсознании мыслишка о победном сражении богатыря с этакой рептилией, в сказке. Но без меча, да и без привычной военной армады за спиной, богатырём себя Юрий Михайлович не чувствовал. Но ни секунды не сомневался, что Аню в обиду он точно не даст. Одними руками хищника «загрызёт». Пусть только попробует. Перед ней он в грязь лицом точно не ударит, её защитит… Аня, Аннушка!!
Опилки пока выметал…
И он появился. На конюшню зашёл. После чего-то зашёл или сразу, это не важно. Главное, вошёл. И не один. В сопровождении Анечки (Анны Владимировны) — уж ей-то присутствовать сейчас бы не надо, подумал лжеКонев, и начальника службы безопасности (с этим понятно, куда без него!). И не чудо-юдо, а обыкновенный с виду мужчина, где-то под сорок, не старый, но с хорошей осанкой, чуть вальяжный. Высокий, спортивный, лицо простое, но мужественное… Виктор Владимирович. Хорошо одет (лёгкие туфли, светлые брюки, рубашка и свитер на шее, рукавами спереди повязан), бодр, весел, рад встречи с животными. Немедленно принимается «здороваться» с лошадьми. Оглаживает их, кормит с руки, они к нему мордами тянутся. Неожиданно замечает «новичка» с метёлкой.
— А это кто? Кто такой? Почему не знаю? — Спрашивает начальника охраны. На новичка смотрит строгим, напряжённым взглядом. Метла в руках Конева сама собой, кажется, энергичнее начала выписывать полуокружности.
— Это новенький, Виктор Владимирович. Вас не было. Несколько дней у нас работает. Как раз третий день сегодня. Его Анна Владимировна лично на работу приняла. Без документов пришёл. Заика.
Виктор Владимирович помрачнел.
— Вот как! А почему без документов? Интересно. Эй, молодой человек, уваж аемый, можно вас на минутку. — Позвал он.
ЛжеКонев, продолжая механически метлой по сторонам шоркать, в развалку подошёл.
— Ммм… м-можно. Зд-дравствуйте.
С нескрываемым интересом оглядев новенького с ног до головы, «Чудо-Юдо» спрашивает, то есть Виктор Владимирович спрашивает:
— Вы откуда, извините? Я вас не знаю.
И совсем вроде не страшный, не выпуская метлу из рук (метла в руках разгневанного мужчины — как известно — страшная сила!), отмечает Конев, хотя сила в руках у Виктора Владимировича явно есть, гирьками наверное человек балуется. Мне бы тоже не помешало, с запозданием замечает он.
— Я? — переспрашивает лжеКонев, и поясняет. — Я ссс…
Начальник охраны, не качок, но явно с военным прошлым человек, с физической подготовкой, как профессионально отметил лжеКонев, не выдержал заикания, торопливо перевёл боссу.
— С улицы он, Виктор Владимирович. Заика. Он позвонил, Анна Владимировна пригласила.
Виктор Владимирович, не спуская глаз с новичка, выслушал охранника. А взгляд у него тяжёлый, отметил про себя новичок, жёсткий, властный.
— Я слышу, что заика. Я спрашиваю: откуда это у вас? — Уже не охранника спрашивает, сам «объект».
ЛжеКонев простецки пожимает плечами.
— За…за…
— Да, дефект этот, — уточняет вопрос Виктор Владимирович. — Врождённый или… Недослушав, новичок кивает головой.
