Я смеюсь вслух, откидывая голову к потолку, представляя себе лицо матери-настоятельницы, если бы она увидела, кем я стала. Бедная женщина осеняла бы все вокруг крестным знамением, вторя, что сам демон похоти и порока поднялся из недр ада, построив это злачное место, чтобы совратить людей. Но разве то вина демона, что люди сами рады утопать во грехе?
Словно призванный безрассветными мыслями, он появляется во всей своей мрачной красе. Убийственно-темные глаза смотрят прямо в мои через весь клуб, люди, что мелькают между нами, превращаются в размытые пятна. Мои губы трогает слабая улыбка, и уголок его рта тоже ползет вверх, каждая клеточка тела пробуждается с новой силой, а танец превращается в подобие заклинания, которым я призываю его подойти ближе. Чары срабатывают моментально, Уэйд движется с плавной грацией хищника, обходя стойку и не говоря ни слова, обнимает меня за талию, притягивая к себе. Его запах окутывает нас волшебным коконом, и теплый воздух мужского дыхания щекочет ухо.
– Мне сообщили, что маленькая нахалка снова пробралась в клуб.
Внутренности сжимаются от звука его глубокого голоса.
– Разве ты не рад?
Он тихонько посмеивается, раскачивая меня в медленном танце, пока музыка вокруг остается достаточно быстрой, чтобы вызывать ощутимый контраст. Я знаю, что Уэйд допытывал Кая, прося выдать подробности о моем происхождении, а еще искал совпадения в базе данных «Стикса», к которой у меня тоже есть неограниченный доступ. Но быть его тенью – значит быть на шаг впереди, главное позаботиться, чтобы источник света, проливаемого на нас, всегда оставался там, где мне нужно.
– Еще как рад! Ты готова подняться наверх или прикинемся, будто это не то, за чем ты пришла?
Мне нравится, что он не ходит вокруг да около, даже если я выстроила вокруг себя стены и обнесла их прочным слоем бетона, закрывающим мое сердце. Это не значит, что я не могу снова прикоснуться к тому, что находится на расстоянии дыхания. Я чувствую его твердость, упирающуюся в мой живот, и этого нарочитого жеста вполне достаточно, чтобы дать понять, как он скучал по мне.
Буду честна, я всегда присматривала за девушками, которые вешались на Уэйда в течение всего времени, что мы не виделись, и даже собиралась принять некоторые меры по стиранию их следов из его жизни. Ревность – та еще сука. Мне не пришлось, он и сам отлично справлялся, о чем свидетельствовал его пустой взгляд и разочарование на лицах каждой из претенденток на то, что было моим.
Если бы мы были нормальными, я бы потребовала, чтобы он пригласил меня на ужин и узнал получше, но мы не из тех, кто создан для семейной рутины, романтики и свиданий. Жизнь, в которую мы оба вляпались, лишена обыденности, так к чему играть в недотрогу, я тоже достаточно изголодалась и хочу снять стресс, вызванный последней миссией.
Поэтому выпутываюсь из объятий Уэйда и беру его за руку, после чего сама веду в его небольшую квартиру, оборудованную прямо на втором этаже клуба. Мы проталкиваемся через гудящую толпу, не обращая внимания на царящее в ней безумие, адреналин заставляет кровь буквально вскипать, от чего ноги дрожат, поднимая меня по железным ступеням.
Как только мы подходим к двери, Уэйд удивляет меня, говоря:
– Приложи палец к сканеру.
Я вскидываю бровь, искоса глядя на него. Мои отпечатки стерты из базы, он ничего не обнаружит, даже если попытается.
– Неплохо, – лукаво смеюсь, проводя большим пальцем по гладкой черной панели. Раздается звуковой сигнал, и дверь открывается. – Думаю, ты использовал бокал из-под коктейля, оставленный мною на баре в прошлый раз.
– Это был нож, – отвечает Уэйд, подталкивая меня внутрь.
– Означает ли это, что я могу приходить сюда, когда захочу? – Я оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Ты даже можешь вернуть членскую карточку настоящей владелице. – Уэйд наступает, и я отхожу назад, не разрывая зрительного контакта. – Они оснащены чипами, у охраны есть бесконтактный сканер, считывающий имя держателя на расстоянии пяти дюймов. Если ты так хотела увидеть меня, могла бы просто назвать свое имя при входе. Или мне стоит называть тебя Дороти?
– Тебе не нужно имя, чтобы трахнуть меня, Уэйд. – Будучи переполненной восторга от противостояния, которое вот-вот перейдет к жаркому сексу, я не упускаю возможности подчеркнуть, что знаю, как его зовут. Это должно подстегнуть мужчину, так и выходит, когда он еще больше оттесняет меня в сторону двери, ведущей, как я полагаю, в спальню.
– Тогда на кровать, живо! И сними с себя всю одежду… медленно.
Это приказ, который я рада выполнить, думаю, у него есть кинк на раздевание по требованию. И то, как мое тело воспламеняется от жара его слов, подсказывает, что у меня тоже.
