Когда самрай-шак разнёс всё вокруг, гнев улетучился, а вместе с ним отпустил и рилис. На время. Миритин обозрел картину разрухи и вздохнул. Компьютер укоризненно зиял разбитым монитором. Теперь и не вызовешь никого по внутренней связи. Вывороченные с корнем реле, поломанная мебель… В довершение и от досады он доломал стул и отшвырнул обломки. Обессилено рухнул в кресло и притронулся к вискам.
«Попробуем так. Главное, сосредоточиться…».
Чёрная птица рванулась сквозь переборки и помчалась по коридору, громко хлопая крыльями и распугивая всех, кто попадался на пути… Наступил вечер и ндарим нашёл Женьку в каюте, где она собиралась на танцы. Поначалу Евгения удивилась, а потом её подкинуло:
– Миритин!
Сегодня его не было на работе. Владислав объяснил, что заменил шакрена, потому что:
– «У него… Сама понимаешь… Сидит дома и пьёт таблетки».
Женя бросила расчёску и заметалась по комнате, открывая шкафы-соты. Нашла контейнер с таблетками в холодильнике и побежала к Миритину. Ндарим летел впереди и оглядывался, словно умоляя поторопиться. Встречные офицеры и техники удивлённо провожали взглядами диковинную птицу и растрёпанного ксенопсихолога. Ндарим растаял в воздухе, не долетев до переборки, а Евгения забарабанила в дверь. Потом опомнилась и принялась трезвонить. Включился динамик, и оттуда раздался взволнованный голос:
– Кто там?
– Ева!
– Уходи! Я опасен!
– Меня позвал ндарим! Тебе нужны таблетки. Открой!
Тишина…
– Открывай сейчас же, придурок! Или я позову капитана.
Переборки разъехались, Женька ворвалась в каюту и потрясённо затормозила, озирая руины… Самого Миритина не было видно…
Он возник из засады, словно охотник карауливший дичь, и припёр её к стенке. Совершенно обнажённый, с горящими глазами… Тяжело дыша, шакрен склонился к её лицу, вдохнул долгожданный запах.
– Ты пахнешь веей… – пылко сказал он и потянулся к Евиным губам.
Она сунула ему под нос контейнер с таблетками.
– Остынь, Миритин!
– Поздно…
– Я тебе покажу, поздно!
Он попытался поймать её губы. Женька завертела головой. Тогда самрай-шак ладонями сдавил ей виски.
– Миритин, – холодно произнесла она. – Если ты меня поцелуешь – получишь в глаз. Будете с Сандером на пару ходить и подсвечивать в коридорах.
Неожиданно, это возымело действие. Миритин очнулся и отпрянул.
– Прости…
– Да ладно. Чего не бывает.
Она усадила его в кресло и открыла контейнер.
– Сколько?
– Чего?
– Пилюль!
– Две. Или, нет. Три…
Она запихала ему их в рот.
– Воды?
– Не обязательно.
– Ну, уж нет. Нечего давиться в сухую.
Благо, пищеблок уцелел. Женька принесла Миритину стакан воды. Он жадно запил антиспериум и прикрыл глаза.
– Сейчас, подействует… Ева, дорогая, если бы не ты.
– Я вижу.
– Прости…
– Хватит извиняться! Это моя работа – усмирять буйно-помешанных. Прощение будешь просить у капитана, за то, что здесь натворил.
– Я немного посплю, – сонно пробормотал Миритин, и она помогла ему перебраться на кровать…
Он так вымотался в неравной борьбе с самрай-шак, что сразу отключился. Женька с облегчением вздохнула и погладила Миритина по голове.
– Спи, солнышко.
Отыскала покрывало и укрыла доктора, заботливо подоткнув края. А сама решила побыть здесь ещё немного. Мало ли что. Танцы подождут.
Женя прилегла на раскуроченный диван, закрыла глаза, на минутку… Проснулась она от звонка в дверь. Спросонья вскочила, на автомате открыла и уставилась на капитана.
– Что случилось, кэп? Уже утро?
– Вечер! Вообще-то, я собирался у тебя спросить.
За спиной у хмурого Талеха сгрудилась куча народу: Фиримин, Владислав, Морголина, Сандер и команда безопасности.
– Ой! Откуда вас столько? – с Женьки разом слетел весь сон. – У кого-то день рождения?
– Ева! Кто там пришёл? – позади неё не вовремя возник Миритин. Практически без ничего – завёрнутый лишь в покрывало, ниже пояса.
– А я говорила! – злорадно воскликнула Морри. – Ей третий этап не пройти.
– Это ещё почему? – нахмурилась Женя.
– Ты ещё спрашиваешь? – торжествующе рассмеялась опекунша. – Тебя застали в каюте с голым шакреном! Тупица.
– Э! Ты совсем дура? Или рехнулась, при виде голого шакрена? – Женька сердито оттолкнула её руку с геномометром и обратилась к Талеху. – Капитан, что за демонстрация протеста? Я тут лечу пациента.
– Лечишь?! Это так теперь лечат?! – Морри чуть не задохнулась от возмущения.
– Тебя не спросили!
– Всем заткнуться! – рявкнул Талех.
– Я всё объясню, – поспешно вмешался Миритин.
А Женя поймала настороженный взгляд Владислава.
– Я жду объяснений, – потребовал капитан. – А то, если верить до смерти перепуганной Аманде, здесь кого-то только что съели, расчленили и оплодотворили, – он задумчиво умолк и добавил. – Или всё-таки в обратном порядке…
– Ни то, и ни другое, – заявила Женька. – Незачем беспокоиться. Капитан пусть зайдёт, остальные – свободны.
Она воспользовалась правом ксенопсихолога.
– Фиримин с Владиславом тоже могут зайти, – разрешил Миритин.
– Я всё-таки обязан проверить, – заметил Сандер и достал свой геномометр.
– Зря стараешься, – усмехнулась Евгения, когда опекун провёл устройством по её губам. – Шакрены не обмениваются генами…
– Зато они целуются, оставляя ДНК.
