Она легким движением руки расправила широкие складки своей мантии, и они двинулись через галдящую толпу, куда показала МакГонагалл, — справа от двери было небольшое свободное пространство. Профессор объяснила чемпионам, что они войдут в зал парами, церемонно — после того, как все остальные усядутся за столы. Флер Делакур с Роджером Дэвисом встали первыми у самых дверей. Подошли Седрик с Чжоу, Гарри перехватил мрачный взгляд хаффлпаффца, направленный на него, и отвернулся: меньше всего ему сейчас хотелось выяснять с ним отношения по поводу той злополучной разборки в коридоре. Взгляд слизеринца упал на девушку, стоявшую с Крамом, что-то в её внешности привлекло внимание подростка, и он стал с интересом её разглядывать, пока до него вдруг не дошло, что это была Гермиона. Но как она выглядела! Поттер шокировано уставился на неё. Девушка сейчас совсем не была похожа на себя. Волосы, обычно напоминавшие воронье гнездо, гладко расчесаны и скручены на затылке в красивый блестящий узел, легкая мантия небесно-голубого цвета красиво подчеркивала фигуру, а походка и осанка совсем изменились, должно быть, потому что плечи не оттягивала тяжелая сумка с книгами. Как это он сразу не заметил, что его подруга настолько хорошенькая? Гарри даже устыдился немного. Хотя с другой стороны Гермиона никогда особого внимания своей внешности не уделяла, предпочитая чтобы её и встречали и провожали исключительно «по уму», так что это её преображение и правда оказалось неожиданным.
Тот факт, что Гермиона пришла на бал в сопровождении международной знаменитости, удивил Поттера куда меньше, чем её новый образ.
Гриффиндорка немного скованно улыбалась, глядя по сторонам, её взгляд наткнулся на Гарри, и в карих глазах скользнуло одобрительное удивление, когда она оглядела его с ног до головы. Поттер подумал, что он, должно быть, тоже сам на себя не похож в этой дикой мантии, которая стоит дороже, чем небольшой домик в пригороде, и волосами, которые в кои-то веке не торчат во все стороны, а вполне себе пристойно лежат, как и положено нормальным волосам.
— Привет, Гарри! — Гермиона помахала ему рукой и, помедлив, приветливо кивнула Дафне. Слизеринка ответила ей безупречно вежливой улыбкой и отвернулась к Поттеру.
— Ну кто бы мог подумать, — еле слышно произнесла она.
Гарри хмыкнул.
— Что тебя так смешит? — с любопытством уточнила Гринграсс.
— Мне просто интересно, что шокирует тебя больше, — весело пояснил Гарри, — тот факт, что Гермиона так привлекательна или то, что она пришла на бал с Виктором Крамом?
Дафна невинно хлопнула ресницами:
— Ни то, ни другое, — беззаботно пропела она.
— Вот как?
— Именно. Просто раньше я и не догадывалась, что у Грейнджер есть вкус.
— Потому что она магглорожденная? — с едва заметной ноткой враждебности уточнил Поттер.
Слизеринка закатила глаза.
— Нет, Гарри, потому что она все время выглядит так, словно в жизни зеркала не видела! — простонала Гринграсс. — Это же почти преступление для девушки так наплевательски к себе относиться! Тем более, когда она от природы не обделена привлекательностью! — Дафна двумя руками вцепилась в его рукав, округлив глаза: — Ну посмотри же на неё, Гарри! — сокрушалась она. — Какая хорошенькая! Почему она всегда так не выглядит?
— Быть может, потому что ей просто все равно? — посмеиваясь, предположил юноша.
— Чушь! — фыркнула Гринграсс. — Всем девушкам хочется быть симпатичными. Если они утверждают обратное, то либо они лицемерки, либо у них комплексы.
— Либо круг их интересов несколько шире причесок и нарядов, — язвительно добавил Гарри.
— Такие как раз меня и убивают! — жарко зашептала Дафна, даже не обидевшись. — Она может быть хоть магглорожденной, хоть магглом, хоть сквибом… кем угодно! Но должна следить за собой. Невыносимо видеть, как такую внешность так бездушно хоронят в книжной пыли. Прекрати смеяться, Гарри!
— Прости, — продолжая веселиться, выдохнул Поттер, шутливо подмигивая своей спутнице. — Ты вообще в курсе, что многие могли бы счесть тебя легкомысленной?
Гринграсс высокомерно вздернула нос:
— В том-то и смысл, Гарри, — чопорно пояснила она.
Гарри все-таки расхохотался в голос, привлекая к себе внимание окружающих.
Наконец двери в Большой зал распахнулись, и толпа хлынула в зал. Поклонницы Крама, те, что устраивали засаду в библиотеке, проходя мимо, казалось, готовы были убить Гермиону, но гриффиндорка никого из них даже не замечала. Её взгляд был прикован к одной единственной паре: черноволосой красавице Мириам Делроад и галантно ведущему её под руку Томасу Арчеру, который, проходя мимо Грейнджер, даже не повернул головы в её сторону, увлеченный беседой со своей спутницей. Гарри почудился проблеск растерянности, обиды и сожаления в глазах Гермионы, когда она провожала взглядом Тома, но эти чувства быстро исчезли, и она с легкой улыбкой обернулась к Краму, больше ни разу не взглянув в сторону Арчера.
Северус Снейп терпеть не мог Рождество.
Шумные мероприятия по поводу этого праздника он терпеть не мог ещё больше.
