— Как сказать, — Арчер поднял голову, взглянув в спокойные изумрудные глаза юноши. — Взгляни, что сотворило с твоей жизнью одно единственное прорицание.
— Дело не в пророчестве, а в тех, кто верит в него, — упрямо заявил Поттер. — У нас на руках уже три разнообразных предсказания. На мой взгляд, это уже перебор. Если во всю эту дребедень верить, крыша поедет.
— Лучше, конечно, впасть в отрицание, — съязвил Том.
— Лучше голову себе чепухой не забивать, — парировал Гарри. — И вообще, — он хлопнул в ладони, отгоняя мрачные настроения после разговора. — Мы тут заночуем такими темпами. Как насчет того, чтобы выяснить, наконец, твою анимагическую форму?
Арчер смерил друга насмешливым взглядом.
— О да. И я очень надеюсь, что это будет не птица.
— Почему это? — удивился Гарри. — Птицей быть круто!
— Да. Если ты умеешь летать, — ехидно заметил Том. — Но наблюдая за тем, как ты, словно бешеная индюшка, изо дня в день носишься тут из угла в угол, пытаясь взлететь, я заключил, что это слишком хлопотно, спасибо большое.
Гарри обижено надулся.
— Тебе бы только покритиковать, — проворчал он, забираясь с ногами в кресло. — Давай уже начинать.
Том хмыкнул и медленно выдохнул, собираясь с мыслями. Как и Поттер в прошлый раз, юноша замер в центре небольшого тренировочного зала. Друзья вновь проговорили правила и риски превращения, перепроверяя друг друга на случай разного рода непредвиденных ситуаций, после чего Том сконцентрировался на заклинании. Много времени на это ему не потребовалось. Магия, как и всегда, безупречно подчинялась его воле. Подросток прекрасно чувствовал, как она струится спокойно и уверено, медленно свиваясь вокруг него плотными кольцами, готовая прийти в движение в любое мгновение. Ему стоило лишь чуть направить ее, как многочисленные потоки энергии, завибрировали, устремившись в нужное ему русло. Осознав, что полностью готов, юноша закрыл глаза, мысленно произнося заклинание.
Несколько мгновений ничего не происходило. Гарри, затаив дыхание наблюдал за другом, чувствуя движение его магии. Отсутствие волшебной коры сделало его очень восприимчивым к чужой магической энергии, поэтому стоило Тому сформировать и невербально произнести заклинание, как Поттер тут же это ощутил и чуть подался вперед, ожидая, когда начнется трансформация.
Ещё несколько секунд Арчер был совершенно не подвижен. Он знал: на то, чтобы заклинание начало действовать, требуется некоторое время, и просто терпеливо ждал. Неожиданно по телу прокатилась волна жара. За ней еще одна. Следом на юношу навалилась чудовищная, почти невыносимая слабость, Том покачнулся и обессиленно осел на пол. Ему казалось, что он с безумной скоростью вращается на огромной карусели, которая никак не останавливается. К горлу подкатила тошнота. Подросток дрожал, словно его било в лихорадке, на лбу выступила испарина. Казалось еще немного, и он просто лишится чувств. Тело вдруг стало таким безвольным и немощным. Он не мог пошевелиться, не мог даже обхватить себя руками за плечи, чтобы хоть немного унять дрожь. Собственное бессилие так испугало его, что Том едва не запаниковал, но вдруг на плечи опустились чужие ладони и рядом раздался тихий, успокаивающий голос лучшего друга:
— Держись, Том. Как только начнется превращение, все прекратится. Не пытайся остановить трансформацию. Все нормально. Просто сосредоточься.
Гарри продолжал говорить что-то еще, Арчер не смог разобрать слов, он лишь слушал уверенный, спокойный голос, что удерживал его в реальности, не давая провалиться в омут беспамятства и тупой, ноющей боли, терзающей, казалось, каждую клеточку его тела.
Поттер тревожно разглядывал бледное лицо друга, больше всего на свете желая хоть как-то помочь ему. Он представлял, что испытывает сейчас Арчер, но все что он сейчас мог — это говорить с ним, заставляя оставаться в сознании и контролировать трансформацию. Неожиданно Том перестал дрожать и на вдохе вдруг открыл глаза, опалив друга совершенно диким взглядом. Тонкие губы скривились, словно от боли, все его тело изогнулось и начало постепенно меняться, уменьшаясь и изгибаясь, покрываясь густой угольно-черной шерстью. Зрачки сужались и вытягивались, а радужка светлела, приобретая золотисто-зеленый оттенок.
Уже давно Гарри гадал, какая же анимагическая форма будет у его друга. Он думал о каких-нибудь смертельно опасных хищниках и хладнокровных рептилиях, полагая, что если уж Тому и суждено стать анимагом, то это будет какая-нибудь особо кошмарная тварь. Хладнокровная убийца. Сильная, стремительная, смертоносная. Но по мере того, как очертания зверя перед ним становились все четче, изумрудные глаза подростка расширялись все больше. Он ожидал чего угодно, даже дракона! Но только не этого.
Хотя… с другой стороны, в этом прослеживалась некоторая закономерность.
Некоторая чертовски ироничная закономерность.
«Том будет в ужасе», — с веселой обреченностью понял Гарри.
