Мои соратники, узнав о том, что произошло, пытались помочь. Но не смогли. Я зашел в своих экспериментах так далеко, как никто из них еще никогда не заходил. Постепенно их энтузиазм уменьшился, и я понимал, что в этом нет ничего странного: тратить магические силы и время на одного, пусть даже очень сильного мага, чтобы вернуть его в совет, — не приоритетная задача. Нет, они не оставили меня. Я все так же принимал участие в обсуждениях. Нередко помогал в каких-либо заданиях, особенно если они были связаны со сбором информации и шпионажем. Случалось, что кому-нибудь из магов приходило в голову решение моей проблемы, он пробовал, осторожно, не желая никому навредить, но ничего не получалось. Так я и остался котом. И конечно, перестал думать, что я избранный.
Впрочем, как я понял, кое-чего мне все-таки достичь удалось: я, кажется, стал не просто долгожителем, но бессмертным. Как маг, при особой концентрации я могу ощущать и анализировать каждую клеточку своего тела. Определенно, процесс старения замедлился в моем теле настолько, что я перестал замечать его вообще! За все то время, что я пробыл котом, маги, которых я знал, постарели по обычным меркам лет на сорок, Огастин и вовсе стал похож на старика. Я же до сих пор ощущаю себя тридцатилетним.
Тогда, когда я только более менее научился справляться с новым моим положением и быть человеком в теле кота, я вернулся к моей Альме и моим детям.
Я поведал ей все, что со мной произошло. Тяжелая грусть в ее глазах стала еще тяжелее. Она не прогнала меня, смирившись со своей и нашей бедой. Каждый раз, когда я приходил, мы говорили. Я играл с детьми и внуками — они знали, кто я и почему такой, не было смысла скрывать. Я спал рядом с женой на нашей кровати, прижавшись к ее теплому боку, она гладила меня. И хотя мысль о том, что я не могу быть по-настоящему мужем и отцом угнетала, я понимал, что деваться некуда. Остается лишь принять то, что есть.
Альма умерла, когда у нас уже появились правнуки. Я был рядом с ней до конца. В доме остался жить старший сын со своей женой и внуками. Семьи двух дочерей жили неподалеку. Я старался не упускать из виду никого из них, тем более что к моим детям перешла моя магия и я должен был учить и направлять их. От них магия перешла к их детям, а потом к внукам… И для всех я пытался оставаться мудрым учителем, наставником. Но наконец их стало слишком много. Да и магия проявлялась не всегда в достаточном для достижения каких-то высот количестве, да и не у всех, а иногда передавалась через одно или два поколения.
Понимая, что за всеми мне все равно не уследить никогда, я стал выбирать тех, в ком магия пробуждалась особенно сильно, и оставался с ними, учил, рассказывал историю нашего рода.
Вот почему я пришел к тебе, — закончил свой рассказ кот.
Медленно, как из тумана, реальность вновь проступила перед Ладой. Некоторое время она просто сидела, не говоря ни слова и пытаясь осознать, что все сказанное для нее значит. Затем все-таки задала вопрос:
— Значит, ты мой прапрапрадедушка и пришел, чтобы обучать меня магии. Неужели во мне она есть?
Кот недовольно дернул усами.
— Опять. Кажется, первое, что мне предстоит сделать, — избавить тебя от этого ужасного комплекса неполноценности. Сказал, что есть, значит, есть. Не надо занижать свои способности. И да, я твой прапрапра… Так что отныне, — взгляд его стал хитрым, — я на твоем полном обеспечении: корми меня, ухаживай, расчесывай. Дважды в неделю я буду принимать ванну. Поэтому мне нужна ароматная пена с запахом лаванды, свое полотенце, лучше два. Кошачий корм я не ем — гадость та еще. Предпочитаю курицу, можно овощи. Люблю зеленый чай. Когда мне понадобится, я буду уходить: совет до сих пор существует, и я остаюсь одним из его членов. И да, туалетом пользоваться я умею, если это тебя беспокоит.
Пока он говорил, Лада пыталась понять, что ее больше переполняет: возмущение, любопытство или паника. Тогда она еще долго приходила в себя. Затем как-то все само собой уладилось. Родители приняли кота спокойно, не без помощи, правда, как позже узнала Лада, некоторых приемов скрытой телепатии. В семье просто стало на одного человека больше, как будто бы у Лады появился очень умный младший брат: его надо было кормить и купать, но зато он мог дать совет, наставление, мог рассказать что-то полезное и интересное, знал много особенностей того волшебного мира, с которым сама Лада столкнулась совсем недавно. Нередко, услышав какую-нибудь историю от Силла, она просила рассказать ее же у кота. И тогда получала сюжет с двух разных точек зрения, что позволяло ей лучше его понять.
С родителями Пат не разговаривал. Они считали, что он просто кот. Мама Лады не обладала достаточной магией для обучения. Она не знала о своих способностях, но зато вспомнила, что у ее бабушки когда-то тоже жил такой большой черный кот.
— Когда ты уйдешь? — вновь прозвучал голос.
— Как можно скорее, — ответила девушка. — Сейчас только разберусь с учебой и побегу. Ты ведь поможешь?
