Алиса чувствовала, как ее начинает колотить дрожь, и вряд ли причиной был только холод. Перед ее глазами заплясали темные пятна. Она пыталась дышать глубже, но воздуха действительно не хватало.
«Нет, я должна помочь, — пыталась она успокоить себя, но глаза слезились от нарастающей паники и к горлу подступал комок. — Нельзя так. Нужно успокоиться.»
Но Полина шла, а ей приходилось идти следом. И не было возможности остановиться и прийти в себя. И вот они уже на пороге. Рык все громче, слышен скрежет когтей по дереву, а Полина все так же безучастна и холодна, как снег вокруг.
Девушка почувствовала себя очень одинокой. А когда Полина распахнула дверь, они ступили на порог и Алиса, оглядевшись, увидела двух огромных клыкастых зверей и тело человека, лежащего на полу, она не смогла больше сдерживаться и закричала.
Увиденное поразило меня так сильно, что я не заметила, как вновь обрела контроль над волчицей. Впервые за последние минут десять, в которые я лишь отстраненно наблюдала за происходящим, растерянная и напуганная. Мои слабые попытки хоть что-то предпринять ни к чему не приводили, человеческих сил не хватало. Но сейчас, когда я поняла, кто появился в двери, я так резко переключилась на человеческое сознание, что даже вскрикнула. Правда, из пасти вырвался лай, а не вскрик, но его никто не услышал, потому что Алиса вопила намного громче. Казалось, своим криком она должна была перебудить всю деревню в низине.
Белый волк, стоявший на пороге, услышав крик, отпрыгнул в сторону и резко развернулся. Но почти тут же он снова выпрямился и, словно удивившись, наклонил голову набок.
Полина, осмотревшись вокруг каким-то отстраненным взглядом, провела рукой по лицу, на мгновение задержавшись на глазах, а затем, словно пробуждаясь ото сна, вновь медленно осмотрела комнату. Алиса перестала кричать и теперь тяжело и глубоко дышала, навалившись спиной на дверной косяк ислегка согнувшись. Она смотрела в пол, глаза ее были широко распахнуты.
За те секунды, что прошли с момента их появления в дверях, я успела увидеть, что обе девушки тепло одеты, у обеих волосы, вылезшие из-под шапок и капюшонов, растрепались и торчали в разные стороны, губы, глаза и нос были красными и непривычно распухшими.
«Как они тут очутились?» — изумленно подумала я, не зная, что теперь делать: бежать, оставаться на месте, попробовать превратиться?
В это время белый волк уверенно пересек комнату, пробежав мимо меня. Остановился на несколько секунд возле Силланта, а затем, толкнув дверь в углу лапами, скрылся в соседнем помещении.
— Я сейчас вернусь, — с трудом сказала Алиса, выходя на улицу.
Она делала глубокие вдохи и старалась не смотреть ни на что вокруг. Когда она скрылась, Полина посмотрела прямо мне в глаза. Я отвернула голову, не выдержав ее проникающего вглубь сознания взгляда. Но лучше не стало: в поле моего зрения оказался Силл.
— Дина? — неуверенно и тихо начала Полина. — Это ты?
Я не ответила и не повернула головы.
— Я знаю, что это ты, — продолжила Полина, делая шаг вперед. — И не вижу в этом ничего плохого.
Это было важно. Услышав эти слова, я повернулась к подруге и все-таки встретилась с ней взглядом. Она робко, но ободряюще улыбнулась треснувшими от холода губами.
В этот момент дверь в углу распахнулась и оттуда вышла Лада, завернутая в полотенце. Она остановилась возле Силланта. У меня закружилась голова. От внезапного осознания я вскочила на все четыре лапы и удивленно заскулила.
— Привет, — сказала она.
У нее странно дернулись губы, словно она хотела улыбнуться, но передумала. На несколько мгновений ее взгляд задержался на мне, затем она обратилась к Полине:
— Как вы тут оказались?
— Прилетели, — ответила Полина, кажется, нисколько не удивившись тому, что белый волк только что превратился в нашу подругу.
— Зачем? — нахмурилась Лада.
— Вот из-за этого, — Полина кивком головы указала на лежащего на полу Силлантия. — Мне снилось это во снах. Еще я слышала ваши с Диной голоса.
Лада не ответила. Придерживая полотенце, она села возле Силланта и дрожащей рукой попыталась нащупать пульс.
То, что произошло дальше, в очередной раз сбило с толку и поразило всех, находящихся в хижине. При этом, по-видимому, моя человеческая натура, чувства которой взяли верх над звериным естеством, настолько сильно захватила все мое сознание, что волчица уступила ей место. Уставшая, подавленная волчица ушла так далеко, что посреди ночи я вдруг вновь обрела человеческий облик.
А произошло следующее: в тот момент, когда Лада попыталась нащупать пульс на шее Силланта, в хижину вернулась Алиса. Она выглядела уже лучше: безумный взгляд исчез, волосы были прибраны, выражение лица стало более спокойным, вновь появилась та уверенность в себе, с которой она так легко обычно шла по жизни. Когда она вошла, мы обернулись в ее сторону, но тут же незнакомый мужской голос заставил нас повернуться обратно.
— Чуть выше, — произнес человек, сидевший прямо рядом с Ладой возле тела Силланта.
