– Сложно сказать. Она движется, но не растет. Выделяет галлюциногенную жидкость. Не размножается, не отвечает на раздражители, но поглощает немного местного воздуха и влаги. В ее структуре нет клеток. Но и это мы не можем достоверно подтвердить. Стоит изъять из пещеры какую-либо часть ее тела – ткань мгновенно каменеет и теряет свойства. Другим ученым ничего о ней не известно. И мы не откроем ее миру, потому что не было такого чуда на Земле, которое не погубил бы человек. Вам выпала редкая возможность созерцать ее, доктор. В первый раз.
– И в последний, – сказал Векса, подвигая ученого плечом. – Собирай склянки, Клуге, нам пора идти. Граф велел захватить не менее трех экземпляров препарата.
– Препарата? – не понял Илий.
Векса расхохотался:
– А вы поверили его россказням, доктор? То, что Клуге назвал красивым словом «хлоропиоиды», падает прямо с потолка вон в ту воронку. Он приходил сюда, чтобы забирать лекарство. Видишь, ему даже придумывать ничего не пришлось. А еще хочет Нобелевскую премию!
Профессор весь затрясся от негодования.
– Я нашел это место вместе с коллегами. Я первым изучил свойства этого вещества и впервые применил его на животных.
– И где теперь твои коллеги? Граф рассказал мне, как вы грызлись между собой вместо того, чтобы грызть гранит науки. О, да! Сколько их теперь лежит в земле сырой. Борьба за существование! Так, профессор? Я тоже кое-что слышал об этом. Выживают сильнейшие. Но на деле – самые хитрые.
Наемник снял рюкзак, который нес с собой от самой лаборатории. Достал какое-то механическое устройство – Илий не сразу разглядел, что это такое.
– Что?! Зачем это? – Клуге вытаращил глаза. – Нет. Так нельзя. Нет!
Илий увидел пачку динамитных шашек, скрепленных ремешками. Часовой механизм.
– Это часть моего задания, – спокойно сказал Векса. – Так что отойди на пять шагов и не мешай. Ты ведь знаешь, я всегда выполняю то, что от меня хочет заказчик.
– Но это безумие! Какой в этом смысл? Он ведь не получит то, чего ждал много лет!
– Получит. Иди и наполни три колбы препаратом, а потом положи их в контейнер. Это на всякий случай. Ты сам сказал, что
Профессор шлепнулся перед наемником на колени, обхватил его ноги:
– Векса, я прошу тебя, одумайся. Пока Матерь богов цела, мы способны продолжать исследования, но с тремя колбами мы ничего не сможем сделать.
– Ты не понял меня, профессор. Граф больше не будет спонсировать твою лабораторию. Время вышло. Он сказал, что критический момент наступил. Ты понимаешь, что это значит?
Клуге опустил голову и заплакал, как ребенок.
– Векса, – хрипло позвал Илий, – ты понимаешь, что собираешься взорвать то, о чем мы не имеем ни малейшего представления?
– Послушай, доктор. Я, конечно, выполняю приказы. Но не бездумно. Мне достаточно того, что я видел. Это «лекарство» принесло только боль и смерть. И я с удовольствием разнесу здесь все на куски. Видишь, я только что нажал вот на эту кнопку. Это значит, у вас есть выбор. Либо вы останетесь тут размышлять, хорошо мы поступаем или плохо и взорветесь, либо…
С этими словами Векса поднялся и вышел.
Клуге трясущимися руками наполнил колбы изумрудной жидкостью, умудрившись не пролить ни капли, и убрал их в контейнер. Слезы все еще текли у него по щекам. Он захлопнул кейс, прижал к груди и молча последовал за наемником. Илий в последний раз взглянул на зеленый потолок, который продолжал шевелиться, источая капли эликсира, и вышел. Он пытался вспомнить хотя бы одну форму жизни, напоминавшую ему
Тиканье часового механизма слышалось даже тут за пределами секретной комнаты. Дверь автоматически опустилась и наступила тишина, сопровождаемая только веселой капелью.
«Полностью излечивать тяжелых больных, возвращать мертвых к жизни – это слишком хорошо, чтобы быть правдой», – тяжело думал Илий, догоняя сгорбленную фигуру профессора, вставляя пальцы в уши и широко разевая рот…
…Грохот взрыва не оглушил, не толкнул в спину. Даже странно, учитывая щедрость заряд, который заложил Векса.
– Я рассчитывал, что к этому времени мы уже выйдем отсюда, – пожаловался наемник. – Видать, детонатор сработал раньше…
Однако грохотом все не ограничилось. Стальной мост под ногами задрожал. У них за спинами расползлось облако пыли. Гул нарастал.
Илий обеспокоенно посмотрел на потолок. В воздухе что-то мелькнуло. Бах! Сталактит, сорвавшись с потолка, разлетелся на куски.
– Кажется, обошлось, – с облегчением выговорил наемник.
Сделал шаг, и в ту же секунду еще один сталактит, только втрое крупнее, сорвался вниз и с треском врезался в стальной мост. Изломал пластины, искорежил перила и повис в полуметре от земли.
Илия швырнуло вперед, и он чудом успел зацепиться за перила; Клуге и Векса навалились на него. Стальная конструкция жалобно заскрипела, закачалась в воздухе и замерла.
Доктор протер глаза от пыли, стряхнул с себя руки Вексы, поднялся:
