Мы плохо расстались. И с Афи, и с Даном. И развод с Берном был по-настоящему грязным. Возвращение в Лаш окунуло меня в знакомую атмосферу горечи и беды. И пока горничные ловко готовили мне ванну, расчесывали волосы и подбирали платье из дорожных сундуков, мой ум медленно восстанавливал в памяти последние дни с семьей.
Перед сном я расспросила, как устроили моих слуг, и забрала в огромные пустые покои свой сундучок с артефакторными материалами. Приноровилась носить его для отвода глаз, делая вид, что я самый, что ни на есть, обычный артефактор.
После привычно похлопала по кровати, поскольку Юс вертелся по комнате, но лезть ко мне в постель стеснялся. Он тут же доверчиво запрыгнул и свернулся меховой подушкой. Я прижалась к теплому боку и, наконец, заснула.
И когда уже провалилась в черный сон, меня накрыло золотым теплом. В полусне я еще слышала, как обиженно тявкнул Юс, спрыгнув на пол, и как по комнате ходит магия, проверяя и обновляя дом. Горячие руки блуждали по коже, захватывая все новые и новые территории, и я сдавалась с покорной радостью.
* * * * *
— Рассказывай.
Забавно, но это было первое, что сказала Ральфар, не успев еще глаз открыть.
А я проснулась первой и пользовалась этим на всю катушку. Дурачилась. То ластилась по-птичьи, прижавшись к горячему гладкому боку, то ерошила волоски на жилистых руках. Какие, господи, красивые руки. Скажи кому-нибудь, что я запала на мужские руки, меня бы высмеяли на всех форумах страны.
В Вальтарте нет форумов. Да и я не такая дура, чтобы хвастаться, какой золотой мужик мне попался.
Потом дула на реснички. Даже провела пальцем по черненому золоту, словно могла стереть невидимую тушь. Но нет, при серебристых волосах, у Фалче действительно были очень темные ресницы и брови. Как причудливо работает генетика.
Хитрый змей морщился, но глаза открывать отказывался. Зато начал общаться.
Ну ладно. Он сам просил.
И я, как на духу, пожаловалась ему на произошедшее вчера.
— Тот стражник — это нир Жерме, опасный и страшный тип, один из ближайших помощников отца, спец по грязной работе. А старик вовсе не дворецкий, — Ральфар фыркнул совершенно по-кошачьи. — Это первый маг Вальтарты. Он еще опаснее, но тебе не причинит вреда. Он пришел просто посмотреть на тебя.
— Зачем? — удивилась искренне.
— Потому что ты со мной.
— Откуда он узнал, что я с тобой?
— Откуда-то, — Ральфар, наконец, открыл глаза. — Он многое знает. Ты должна помнить его по Академии.
Мм.… Да, возможно. Его лицо и впрямь показалось мне знакомым. Он, почти наверняка, был одним из тех, кто проверял мою магию. Одним из тех, кто скривился, поняв, что моей магии всего пять единиц.
Но я ведь стала драконицей. Я чувствую, что уже скоро получу первородную ипостась. Нужен лишь один маленький шаг, и я покорю ветер.
— Фалче, — спросила внезапно охрипшим голосом. — А у тебя зеркало есть?
Ральфар завис на пару секунд, а после заторможено кивнул в угол комнаты, где стояла громадное трюмо. В золотых глазах плавали смешинки.
Видимо, я настолько отвыкла от зеркал, что перестала идентифицировать их в пространстве. Но я буду смущаться потом. После. Сейчас я хотела увидеть себя.
Поднять раненое слабеньким магическим потенциалом самолюбие на пару единиц.
Легко спрыгнула с кровати, не стесняясь наготы, подошла к зеркалу. И… поборола желание оглянуться, словно я стояла за спиной незнакомой сказочной незнакомки.
Шелковая, белая, как молоко кожа, в глазах томная синь, золотистые волосы, зеркалящие солнечный свет, даже пластика какая-то лебединая. В отражении стояла царевна, полная сонной, пугающей красоты.
Я несмело коснулась зеркальной глади.
Это ведь я? Там, внутри.
Неудивительно, что Фир за мной ходил по пятам, а Ральфар только рыком мог разогнать свою зарвавшуюся свиту, которая все эти полмесяца лезла мне под руку. То принести, то донести, то хоть рядом постоять в виде психологической поддержки. В последние дни даже Люца проняло. Он все еще делал вид, что я подозрительная, но, говоря по правде, смотрел на меня куда охотнее, чем делал вид.
Ну что сказать. Я их теперь совсем не осуждала. За такой принцессой я бы и сама приударила. Нет, хуже. Я бы на ней женилась.
Дан разрыдается от шока. Афи покрепче психикой, но и ей придется нелегко.
— Вашей маме снова семнадцать, — сказала зеркалу с твердой убежденностью, а потом принялась хохотать.
Ральфару пришлось отпаивать меня водой и гулять со мной в саду, чтобы я вернулась в разум. К несчастью, он разбил зеркало, решив, что оно меня расстроило, и это подлило огня в мою истерику. Я требовала вернуть его обратно. Я же не насмотрелась. Я жениться на ней хотела, между прочим. На той зеркальной царевне с томным взглядом.
А когда я немного очухалась, и две ловкие кухонные девочки организовали нам легкий завтрак в беседке, мы коротко и быстро обрисовали перспективы на будущее.
— Клан Арнош я пока не смогу тебе вернуть, поэтому вот. Подписывай, — Ральфар жестом фокусника вытащил из рубашки свиток в шелке и раскатал по столу.
Я вчиталась в текст, и ощутила, как к горлу подкатывает новый этап развеселой истерики. Чертик лез под руку.
