Он зашагал дальше, и Глафира снова устремилась вслед за ним, словно это было само собой разумеющимся – выполнять его распоряжения.
– Я заскочила в беседку по дороге из флигеля. Мы с Павлом и его женой нашли рукопись Цветаевой. Поиски заняли у нас какое-то время, потом мы еще вместе ее разглядывали и искали в интернете информацию, сколько она может стоить. Пожалуй, мы провели во флигеле около получаса, и за это время начался очень сильный дождь. Когда я вышла на улицу, то он лил стеной, но я все равно решила, что добегу до дома, а на полдороге поняла, что переоценила свои силы, и нырнула в беседку.
– Ты была одна?
– Да, Павел и Марианна остались во флигеле, они еще хотели что-то разобрать. Ну, как основные наследники.
– Понятно, воронье слетелось. Резанову очень нужны деньги на бизнес, проявлять стеснительность в поисках он не будет.
На вешалке у входной двери висело несколько дождевиков. Глеб сорвал один, укутал Глафиру с головы до ног, даже капюшон на голову натянул. Во второй такой же дождевик облачился сам. На мгновение ее захлестнула волна благодарности за проявленную заботу. Мелочь, а все равно приятно. И очень характерно. Дождевики были пластиковые, дешевенькие, но рядом висел один брезентовый, темный от воды. Глафира вздрогнула, потому что именно в таком был человек, топивший ее в ванне. Получается, он все еще был здесь? В доме? Она тронула Глеба за рукав, кивком головы указав на дождевик.
– Вижу, но это позже. Рассказывай дальше.
Он толкнул дверь, и они вышли под дождь, который, правда, стал чуть меньше. По крайней мере, просвет теперь был, и в нем вдалеке была заметна беседка и толпа людей рядом с ней.
– Все затоптали, – сквозь зубы процедил Глеб. – Меня Воронов пришибет, когда приедет. Дальше. Светлана была не одна, а с Осипом. Это я помню.
– Да, там был Осип, и мне показалось, что они что-то обсуждали, но, когда я вбежала, оба оборвали разговор, как будто он не предназначался для моих ушей. И еще мне показалось, что Светлана была то ли напугана, то ли встревожена. По крайней мере, происходящее ей не нравилось. Она спросила, сильно ли я промокла, а я в ответ рассказала про Цветаеву и наши изыскания с Резановыми. Потом Осип ушел, и мы остались вдвоем.
За разговором они приблизились к беседке настолько, что теперь их было слышно тем, кто у нее собрался.
– Так, стоп. Остальное потом.
У беседки стоял Осип, обнимающий рыдающую Клавдию, над головой которой он держал раскрытый зонт. Рядом с непокрытой головой стоял Кирилл Резанов, лицо у него было потерянное. Он все время озирался, словно кого-то искал. Увидев Глеба и Глафиру, лицо которой скрывал капюшон, он дернулся было в их сторону, но тут же остановился. Видимо, думал, что с отцом пришла Тася, но, разглядев, разочаровался. Кажется, эти двое явно симпатизировали друг другу.
На пороге беседки, но все-таки под крышей, прижавшись друг к другу, стояли Павел и Марианна. Она тоже плакала, приложив ладони к щекам и неотрывно глядя на мужа. Бледный насупленный Павел тяжело вздыхал, стараясь не смотреть куда-то вниз и чуть вбок. Именно там, рядом с креслом, на котором она до этого сидела, скрючившись лежала на полу Светлана.
Глафира подошла поближе и заглянула внутрь, но тут же отвернулась. Все съеденное за завтраком настойчиво попыталось вырваться наружу. Мелькнула мысль, что Глеб был неправ, когда сказал, что Светлану ударили ножом. Нет, ей перерезали горло, и кровавая рана была хорошо видна. Рядом алела огромная лужа крови, гораздо больше той, что разлили у Глафиры в комнате. Отчего-то она сразу поняла, что именно эта кровь и вдохновила убийцу на то, чтобы устроить в ее комнате дьявольскую имитацию такой же лужи, и передернулась. Дьявол, а не человек, кто бы он ни был.
– Выйдите все! – с непререкаемой интонацией сказал Ермолаев. – Вы тут и так все затоптали. Полиция не одобрит.
– Вы вызвали, да? – дрожащим голосом спросила Клавдия.
– Вызвал, – проинформировал Глеб. – Павел, Марианна, вы меня слышите?
– Дождь идет, – сказал Резанов неуверенно.
– Во-первых, у вас в руках зонт, а во-вторых, не сахарные, не растаете. Держите, вот, для вашей супруги.
Он стащил с себя дождевик и протянул его Павлу. Тот машинально взял, накинул на плечи жены, обняв, свел ее по ступенькам вниз. Она шла, автоматически передвигая ноги, как кукла.
– Елка, где Елка? – воскликнула вдруг Марианна и начала оглядываться как безумная.
– В библиотеке, у нее там онлайн-урок китайского, – успокоил ее Кирилл. – Когда Клавдия прибежала в дом с сообщением, что Светлану убили, я как раз был в библиотеке, зашел за нужной мне книгой. Услышал шум, вышел в кухню, а Еленка осталась. Вы не волнуйтесь, она была в наушниках, думаю, что до сих пор не знает, что случилось.
– Мы должны ей сказать, – Павел снова обнял жену за плечи и увлек за собой. – Марьяша, пойдем, дорогая, промокнешь и простудишься. Пойдем, надо подготовить Елку. В ее возрасте все такие впечатлительные.
– Простите, Глеб, а где ваша дочь? – спросил Кирилл. – Наверное, ей тоже нужно сказать.
