Он запер дверь на засов, перевернул табличку так, чтобы снаружи была видна надпись «ЗАКРЫТО», и поплелся обратно в библиотеку, которой, видимо, суждено было стать его новым домом. Последние два дня выдались такими насыщенными, что хотелось поскорее вернуться в свою кровать. Почитать перед сном пару глав интересной книжки, а если вдруг нападет бессонница, немного поболтать с соседом Лондоном Ллевелином при помощи старенькой масляной лампы. Несколько лет назад они придумали свой световой шифр, чтобы обмениваться нехитрыми посланиями по ночам.
«Он же теперь ученик фонарщика, – вспомнил мальчик. – Все равно не нашел бы на меня времени».
Что-то блеснуло на верхней полке ближайшего шкафа.
Глаза.
Если точнее, кошачьи глаза.
Оливер решил подойти ближе. С каждым шагом силуэт кошки вырисовывался все четче. Она была черная, изящная и могла похвастаться гладкой шубкой и золотыми глазами. Кошка молча, со всем кошачьим презрением взирала на мальчика.
«Сколько же тут кошек?» – снова изумился Оливер. Пока что он насчитал четыре. Серый Потрошитель, Бесхвостка, кошка с разными глазами и вот эта. Неужели теперь он отвечает еще и за них? И теперь он хозяин не только огромной библиотеки, но и кошачьей стаи?
Послышался какой-то едва различимый шорох. Глухой и неясный. Оливер и не заметил бы его, если бы не полная тишина, в которую погрузилась библиотека. Шорох был таким тихим, что мальчик сперва решил не обращать на него внимания.
Но черная кошка с золотыми глазами вскинула голову и уставилась на мезонин, давая понять: что-то творится именно там, под покровом мрака.
Прежде чем стать исследовательницей, старшая сестра Оливера, Изольда, часто играла с ним в прятки. Хотя правильнее, наверное, было бы сказать – в пытки, потому что, по ее мнению, цель игры состояла в том, чтобы напугать соперника до полусмерти.
Когда наступала ее очередь прятаться, Изольда дожидалась, пока Оливер подойдет совсем близко к тому месту, где она затаилась, и выскакивала с душераздирающими криками. А когда она была в
Оливер вспоминал эти игры, пока на цыпочках взбирался по лестнице в мезонин. Он дышал так громко, что казалось, уже одного этого будет достаточно, если кто-то захочет найти его в темноте и напасть.
Черная кошка, повинуясь природному любопытству, тоже решила поучаствовать в расследовании и стала мягко подниматься по ступенькам за Олли. Наверху мальчик остановился и прислушался. Шорох доносился откуда-то из дальнего угла. Кошка проворно взобралась на ближайший шкаф и посмотрела на мальчика, словно дожидаясь инструкций.
Оливер запоздало пожалел о том, что не прихватил с собой оружие. Он едва не вытащил тяжелую толстую книгу с ближайшей полки, но вовремя спохватился: если брать все книги подряд, не читая названия, можно угодить в страшную историю.
Тогда он достал из мешочка на груди печать. Положил на ладонь и зажал так, что основание оказалось не в кулаке, а снаружи, между большим и указательным пальцами. Получился эдакий кастет, правда туповатый (и громоздкий). Расправив плечи, мальчик пошел между стеллажами. Кошка двинулась за ним по шкафам. Не то чтобы ее присутствие успокаивало – дрессированный железноволк пригодился бы сейчас куда больше, – но всяко лучше, чем ничего! Кошка легко перепрыгивала со шкафа на шкаф, с ряда на ряд, не сводя глаз с точки у левой стены, откуда доносился звук. Может, кто-то из посетителей задержался? Не исключено! Оливер ведь не следил, сколько человек зашло в библиотеку, а сколько вышло!
Но в глубине души зародилось подозрение, что во всем виновата одна из книг. Возможно, она отрастила конечности и приноровилась отплясывать джигу по вечерам. А может, стряслось что-то еще. Мало ли ситуаций, к которым невозможно подготовиться, если тебя взяли на должность помощника библиотекаря, но не успели ничему обучить?
Черная кошка остановилась. Она по-прежнему неотрывно смотрела в темноту в самом конце ряда стеллажей. Оливер тоже затормозил, да так резко, что ботинки скрипнули по деревянному полу. Кошка в ответ дернула ушами. На миг Оливеру показалось, что она презирает его неуклюжесть.
Вдруг он понял, что впервые за все время в библиотеке подобрался к дальней стене. Радостно знать, что она вообще есть, пусть в темноте ее и не разглядишь толком. Над головой едва различались очертания погасшей газовой лампы. «Наверное, сломалась. Или ветром задуло», – предположил Оливер.
Вдоль самой крыши библиотеки тянулась вереница маленьких полукруглых окошек. К нижнему прямому краю каждого из них крепилось по железной петле. Все окна были закрыты, кроме одного. Оливера уже не просто подергивало от нервов – он весь затрясся, как бубенцы на шапке шута.
– Эй, – вполголоса позвал он.
