Его взгляд уловил какое-то движение. На столе, с которого Олли недавно спрыгнул, теперь сидела еще одна представительница семейства кошачьих – маленькая и изящная, но с большими ушами, как у лисички фенек. Шерсть ее была кремовой, а глаза – светло-зелеными. Кошка моргнула и коротко мяукнула. Спрыгнув на пол, она поспешила по винтовой лестнице. Поднявшись на несколько ступенек и оказавшись где-то на уровне глаз Оливера, она остановилась.
Мяу!
«Хочет, чтобы я пошел за ней! – догадался Олли. – Ну ладно, в битве от меня все равно мало толку».
Мальчик скользнул на лестницу, поднялся по металлическим ступенькам в мезонин, и они с кошкой пошли между рядами полок. Минуя несколько стеллажей, кошка с необычайным изяществом взобралась на одну из полок, обернулась и заглянула в глаза Оливеру.
– Что такое? – не понял он.
Кошка, разумеется, ничего не ответила.
Тут Оливер разглядел, что сбоку к ближайшему стеллажу приделана ручка, а к ней крепится цепочка, которая тянется к подъемному механизму, а потом прячется под деревянную обшивку каменной арки под потолком. На обшивке поблескивали железные петли. Наверное, это для вентиляции?
Голос сестры, вскрикнувшей от боли, вывел Олли из задумчивости.
Попытка не пытка.
Он дернул за ручку. На деревянной обшивке приоткрылись маленькие заслонки, а из-под них хлынула чернота. Сначала Оливеру показалось, что посыпался уголь. Но вскоре он различил, что это живые существа, которые пищат, будто мыши, но при этом летят, а не падают.
Летучие мыши!
Сотни летучих мышей!
Точно водяной смерч, они закружили неподалеку от Оливера, спустились к перилам, полетели на первый этаж. Мальчик подбежал к ограде мезонина и посмотрел вниз. Летучие мыши бросились в атаку на книжных червей.
Уиллоу потрясенно уставилась на полчище крылатых хищников, которое за считаные секунды разгромило стаю мерзких змей. Мыши обглодали полосатых тварей, не пощадив ни одну. На поле боя наконец воцарилась тишина.
Уиллоу посмотрела на Оливера. Тот по-прежнему стоял в мезонине.
– Спасибо за помощь, братец! – удивленно поблагодарила сестра и вытерла меч краем плаща.
– По правде говоря, я ни при чем. Это все кошка.
Уиллоу нахмурилась и покосилась на кошку-воительницу с кисточками на ушах. Та спокойно сидела рядом, намывая лапы. Казалось, ей совершенно не интересно наблюдать за тем, как летучие мыши обгрызают трупы червей.
– Да я не про эту. А вон про ту. Ой…
Тут оказалось, что кошка, похожая на фенека, куда-то исчезла. Ну и ну! Неважно, он все равно был ей благодарен. Сбежав по винтовой лестнице, Олли с удивлением обнаружил, что летучие мыши уже успели расправиться со всеми червями. Некоторые из мышей взвились в воздух, а одна принялась охотиться за мотыльком, кружащим у лампы неподалеку.
– Я слышала про такое, – сказала Уиллоу. – В некоторых монастырях живут целые колонии летучих мышей. Они помогают следить, чтобы паразиты не расплодились и не испортили древние свитки!
Глядя на следы побоища, Оливер задался новым вопросом: а может, главное правило, которое ему не успел сообщить Иероним, – это «выпускай летучих мышей каждую ночь»?
Когда летучие мыши закончили пировать, Оливер и Уиллоу приступили к уборке трупов. Работа шла медленно и оказалась довольно неприятной. Особенно мучительными выдались те минуты, в которые Олли пытался отодрать от книги раздавленного червя, успевшего присосаться. Даже после смерти его хватка ничуть не ослабла. Когда книгу удалось высвободить, из переплета с треском вылетели две страницы. Оливер с облегчением обнаружил, что пострадала не печатная книжка, а записная, причем почти нетронутая. На ободранных краях виднелись едва различимые пометки.
Мертвых червей похоронили в саду. Вся эта уборка отняла у Оливера последние силы. Он попрощался с Уиллоу (еще раз извинившись за то, что попал рукоятью ножа ей в голову) и вернулся в библиотеку. В зале он немного понаблюдал за тем, как летучие мыши кружат под стропилами, как ловят всякую мошкару, затем, не раздеваясь, рухнул на кровать в кабинете и тут же уснул.
Утром он открыл глаза и огляделся. Слабый свет пробивался в библиотеку сквозь окна клеристория.
«Наверное, только-только рассвело», – предположил Оливер и удивился, что проснулся так рано. Он перекатился на другой бок, решив поспать еще немножечко, а потом услышал громкое «тук».
Олли дернулся и сел на кровати. Звук доносился откуда-то из дальнего угла библиотеки.
Тук.
А потом вдруг…
Тук! Тук! Тук! Тук!
Оливер пожалел, что вернул сестре нож. И что с ним сейчас нет огромной кошки с кисточками на ушах. Или хотя бы Стража.
Увы, подниматься в мезонин пришлось одному. Стук продолжался. Он был неровным – казалось, увлеченный барабанщик играл, падая с лестницы.
«Стучит у того окна, которое закрыла Уиллоу!» – подметил Оливер на подходе к дальней стене.
Утренний свет сквозь это окно не пробивался. Оно оставалось черным, будто его закрасили с внешней стороны. Собравшись с духом, Оливер взялся за веревку на крючке и размотал ее, чтобы окно распахнулось.
