Понедельник — пятница полностью

Да, другого выхода нет, подумал он. Завтра с утра он пойдет с Любой к капитану Безбородко. Пусть лучше тот скажет ей всю правду о будущем — может быть, она ему поверит, и тогда…

Он думал о Любе с жестокостью. Тогда она пойдет работать. Куда угодно, но только работать. Она будет вынуждена работать, потому что я переведусь в Мурманск или на Дальний Восток, пусть она поймет, на чем держалась семья, и тогда, быть может, поуменьшится блажь. Хлеб, заработанный своим трудом, сладок, вот пусть и поймет сладость своего хлеба.

На берегу озера было прохладней. Храмцов лег в тени.

Он все-таки задремал и проснулся от удушья. Сердце то замирало, то вдруг начинало колотиться в ребра. Это испугало его. Видимо, начинает сдавать мотор. Храмцов сел, и сразу стало легче. Он подождал, пока сердце успокоится и начнет биться нормально. Надо идти. Может быть, Люба уже привезла девочку…

…Он ходил по лагерю, расспрашивал вожатых, ребят — нет, Аленка как уехала, так и не возвращалась. Горн позвал ребят на обед, потом у них будет тихий час. Храмцов подумал: пойду в соседнее село, там, наверно, есть какая-нибудь чайная. Сейчас со своей рыжей Иркой появится Галя, и он предложит ей пойти вместе. Она права: незачем быть одному.

Галя шла по аллее, издали улыбаясь Храмцову, и перестала улыбаться, заметив, что он хмур.

— Не приехали ваши?

— Нет. Просто ума не приложу…

— Вы, наверно, проголодались?

— Только что думал пригласить вас в сельский ресторан.

— Идемте, — согласилась Галя. — А вы не волнуйтесь. Женщины умеют быть более жестокими, чем вы, мужчины… Если только я правильно догадалась о том, что у вас происходит.

Он не ответил.

Галя свернула на узенькую тропинку. Она знает — здесь короче, чем по дороге. Они вошли в лес, и опять Храмцов вздрогнул, потому что Галино плечо коснулось его плеча, как там, утром, в автобусе. Очевидно, это случайное прикосновение смутило и ее: Галя пошла впереди. Теперь Храмцов видел ее длинные, перехваченные на затылке волосы, яркие, схожие цветом с корой сосен, и неожиданно легкую фигуру, немного угловатую, как у подростка, и босые ноги, поцарапанные, надо полагать, сегодня, когда она гуляла по лесу со своей соседкой Иркой. И вся она — с этими ногами в царапинах, длинными волосами, не очень складной фигурой — показалась Храмцову давно знакомой, будто и она, и этот лес уже были однажды в его жизни. Чувство нежности к идущей впереди женщине оказалось таким неожиданным, что Храмцов невольно замедлил шаг — так ему захотелось протянуть руку и дотронуться до ее плеча и ее волос. Галя обернулась.

— Отстаете, Владимир Николаевич.

Тогда он остановился. Уже не просто нежность — он испытывал восторг перед тем, как она обернулась, как сказала, как улыбнулась и протянула руку, словно желая помочь ему идти быстрей. Ему почудилось странное родство между ней и тем, что было вокруг — душным летним лесом, с запахами смолы, птичьими голосами, — будто она только что появилась из чащи и опять растворится в ней. Пришлось пошутить, чтобы хоть так умерить неожиданное волнение.

— Вы похожи на лесную женщину.

— Спасибо, — сказала Галя. — Почти снежный человек?

— Нет. Просто вам, как говорится, лес к лицу. — Он поравнялся с Галей, дальше они снова пошли рядом. — Вы не обидитесь, если я задам один вопрос?

— Постараюсь не обидеться.

— Почему вы не замужем?

— Привередлива, должно быть.

— Но были?

— Нет. — Она покосилась на Храмцова и фыркнула. — Вопросы все? Тогда я, наверно, имею право спросить у вас: зачем вы хотите это знать?

Он растерялся: Галя говорила насмешливо и глядела тоже насмешливо.

— Простое любопытство, — сказал Храмцов.

— Ну, что ж, — все с той же насмешкой сказала она, — давайте уж до конца. Год рождения — тридцать пятый, беспартийная, образование среднее, за границей не была, ученых степеней нет, под судом и следствием не состояла… Что с вами?

Он опять почувствовал, как неровно, щелчками, бьется сердце. Пришлось остановиться. «Под судом и следствием не состояла…» Конечно, это она не со зла. Случайное совпадение. Она ничего не может знать.

— Ничего, ничего, — сказал он. — Сейчас пройдет. Сердчишко раскачалось. Вот и все, идемте. — Он взял Галю под руку. — К сожалению, в анкетах нет такой графы: характер.

— Могу сказать о своем: паршивый, — засмеялась Галя. — Я серьезно. Вздорный, придирчивый, и еще — мужской. Не верите? Так обо мне написали недавно: «мужской характер».

— Ну, что ж, — опять пошутил Храмцов. — Тогда пообедаем как мужчина с мужчиной. Купим в сельпо «маленькую»…

— Зачем мельчить? Покупать — так литр!

— Ого!

— Я ведь грузчик, а не маникюрша.

Галя освободила свою руку. «Очевидно, что-то обидело ее, — подумал Храмцов. — Ладно, пусть обижается. Мне сейчас не до этих дамских штучек».