Когда до Иакова, «брата Господня», как сейчас его называют, дошли сведения о большой общине назореев в Антиохии, он не захотел пускать дело на самотек. Большую часть общины составляли иерусалимские эллинисты, бежавшие от преследований. Не желая упускать бразды правления из своих рук, послал он к братьям своим Варнаву. Казалось, был Варнава человеком, подготовленным во всех отношениях. В молодости получил хорошее образование, имел в свое время состояние, а следовательно, ему свойственно чувство независимости, сам был левитом и в вопросах общения не новичком. По прибытии в Антиохию растерялся. Эллинисты – народ раскованный, непосредственный – создали своеобразную атмосферу общения, отличающуюся притягательностью. Не отменяя пока иудейских ограничений (для этого им не хватало смелости), они смотрели сквозь пальцы на их выполнение, желающих не отталкивали, а принимали на равных без иудейского снобизма. Народ наконец-то нашел, что искал.
Община назореев стремительно росла. Много в общине было умных и энергичных людей, но место лидера оставалось свободным: никто не представлял пути развития религиозной идеологии новой общины. Сам Варнава понимал свое бессилие. По слухам, он установил, что нужный человек живет в Тарсе. Получив согласие общины, пренебрегая трудностями дальней дороги, он сам отправился в Таре и уговорил Павла переехать в Антиохию.
Понтий Пилат решил прервать Амана Эфера:
– Я делаю вывод, что никакого раскола в стане правоверных вызвать не удалось. Наши усилия оказались напрасными?
– Да, Понтий! Но слово «напрасно» здесь не подходит. Новое религиозное движение ослабляет ортодоксальное учение. Оно улавливает устремления и отзывается на запросы основной массы населения, обеспечивает отток паствы от синагог, ослабляет влияние старого учения просто своим присутствием. Вот пусть новое учение и присутствует.
Понтий Пилат согласно кивнул головой.
– Роль присутствия немаловажна. Долго, однако, придется ждать результатов. Думаю, мы не доживем. Если бы раввины просмотрели, а мы преуспели, результаты раскола мы увидели бы, может быть, и сейчас.
– В исторических процессах, Понтий, так не бывает; для получения результатов нужны иногда сотни лет. Сейчас мы стоим у истоков нового религиозного движения.
В ближайшее время следует ожидать духовного взрыва народов. Уж очень притягательная сила заложена в новом учении. И если новый апостол удовлетворит духовные запросы жаждущих, то быть христианству мировой религией, а Иисусу как бы новым богом.
– Вот что значит быть философом, – удовлетворенно засмеялся Понтий Пилат. – Чем же мы можем помочь истории?
– Сохранить финансирование, прокуратор. Надо ехать в Рим, в сенат. Необходимы еще годы для поддержки нового учения. У Павла должны быть деньги на дальние поездки, содержать надо его сопровождающих, поддерживать в начальный период молодые общины, содержать закостеневшую общину в Иерусалиме.
– Трудно доказать чиновникам из сената необходимость создания религии, показать интерес Рима в нашей работе. Кто они? Полутемные люди, не прочитавшие в жизни ни одной книги. Поэтому мне важно знать, в чем состоит основное различие новой религии от старой. Сам я до конца не понял.
– Это не простая вещь, – улыбнулся Аман Эфер. – Пророк Моисей, создавая религию евреев, разработал самые тонкие понятия, определяющие взаимоотношения человека и Бога, их было достаточно на многие столетия. Пришли новые времена: прорисовалась значимость человека. Иисус стихийно развивал понятия, определяющие отношение человека к человеку. Он как бы восполнил пробел в учении Моисея. Пример такого понятия содержится в известной ныне фразе: «Возлюби ближнего, как самого себя». В прежние времена подобная фраза не была бы востребована, она не срабатывала бы в среде других жизненных ценностей. Теперь она зазвучала, ее подхватили, на нее стали ссылаться. Человечество и не заметило, как что-то созрело в обществе помимо его воли и настоятельно требует своего проявления. Люди потянулись к проявлению человечного начала в учении Иисуса. Душевному состоянию современного человека важно его место среди других людей, а не обязательность обрезания плоти.
– Спасибо, Аман. Легче будет разговаривать с чиновниками в Риме. Правда, они таких тонкостей не поймут. Какие же новые положения вводятся в учение Иисуса?
– Их совсем немного. Во-первых, вводится утверждение, что Иисус и есть ожидаемый мессия из дома Давидова. Именно он и должен был принести с собой царство Божие на землю и в первую очередь избавить Израиль от римского порабощения, но земные недоразумения помешали ему осуществить предначертанное судьбой. Во-вторых, апостолу Павлу понравилось понятие «сын Божий». По этому поводу с иудейской стороны раздается скрежет зубовный: пророк Моисей отодвигается с религиозной сцены на второй план. Как сейчас трактуется цель прихода Иисуса на землю и смерть сына Божия? Бог послал своего сына на Землю для того, чтобы тот своими страданиями и смертью искупил грехи людей. Не больше, не меньше.
