– Боги не забыли Карела Марцеллу. Такие деньги я мог бы скопить только за десять лет службы.
Командующий покинул палатку легата. Командный состав легиона остался наедине со своими заботами. Молчали.
Префект доложил кратко и сухо:
– Начну с принципала. Числю за ним две заслуги. Первая состоит в понимании угрозы для первой когорты и показывает способности командира, вторая – его воинское мастерство, которое присуще только ему и, как мы знаем, обеспечило успех легиона. Награды распределил бы так: за первую заслугу – производство в центурионы, за вторую – большую нагрудную золотую цепь.
Центурион. Вижу две заслуги. Правильное понимание поля боя и выполнение своего долга: благодаря ему легат был своевременно ознакомлен с положением дел. Во-вторых, встав рядом с принципалом, обезопасил его от случайностей и тем самым создал условия для прорыва. Обращаю внимание на то, что центурион стал выполнять роль простого легионера, не заботясь о своем престиже, но ради общей победы. В последнем сражении ранен примипиларий десятой когорты Марк Квириний Муцион. Предлагаю центуриона Авилия Флакка выдвинуть на освободившуюся должность. За боевые действия наградить малой нагрудной золотой цепью.
– Расписано все по заслугам, – проговорил легат. – Меня смущает молодость принципала.
– На этот раз, – возразил префект, – Понтий Пилат так перекрыл свой недостаток, что показал себя и зрелым и умелым. Если смотреть в корень, то перед нами военный талант. Мы же не хотим его замечать, мы хотим его привязать к привычным для нас категориям: возрасту, сроку службы, времени обучения.
– Согласен, согласен, префект, – поспешил заговорить легат, – я признаю твою способность оценивать людей. Помню, что, несмотря на мое скрытое сопротивление, ты добился продвижения этого Понтия Пилата в принципалы, и сегодня благодаря твоей настойчивости легион добился военной удачи. Не будем мелочиться, и если никто в принципе не возражает, префект составляет приказ. Я подпишу.
Создание в Иерусалиме общины последователей распятого пророка Иисуса усложнило жизнь Квинта Амния. Первоначально считалось невозможным получить согласие синедриона на организацию подобной общины, но сегодня долгожданный документ лежит перед курульным табулярием.
Пытливый ум Квинта Амния по привычке ищет исходный толчок события и вдруг вспоминает о Манассии, недавно объявившемся в Ирусалиме. Появление Манассия может многое объяснить!
Но каков прокуратор! Какие возможности таились столько лет! Столько задействовано людей, кораблей, тайников – и лист не колыхнулся. Спроси меня, – думал Квинт Амний, – где начать разматывать нить – не знаю: я – начальник тайной канцелярии. И всюду нужны деньги, деньги. Такой мощи от прокуратора Иудеи не ожидали и растерялись. Организация раскола религии, иудейского общества! Грандиозно! Кто же мог додуматься до таких высот?
Документы пришли из канцелярии имперского легата, но источник явно кесарийского происхождения. Вряд ли в Сирии так подробно знали о последних событиях в Иерусалиме. Однако плотно увязаны иерусалимские события с интересами Рима. Неужели опять этот грек? Надо быть справедливым к Аману Эферу. Всю жизнь он работает на усиление могущества Рима; если подобные мысли родились в голове грека, то к нему и надо идти за советом. Получено указание найти бывших учеников Иисуса и организовать из них в Иерусалиме общину последователей. Но нужно получить еще согласие учеников. И это после такого страха, которого они натерпелись на прошлую Пасху. Вспомнить надо, как их вывозили из города! У ворот началась свалка, когда стража, охранявшая ворота, решила проверить повозки. Слава богам, примипиларий когорты оказался на высоте.
– Даю три минуты на открытие ворот, затем последует команда, и вы будете подняты на копья. Забыли, с кем имеете дело!
Вперед быстро вышел строй тяжелой пехоты и выставил копья для атаки.
Можно представить переживания людей, спрятанных в повозках. Если примипиларий не решится на крайнюю меру, то их ждет смерть от их же соплеменников.
И громадная сумма денег. Пятьсот тысяч сестерциев! Из канцелярии имперского легата следуют недоуменные вопросы: почему не используете? Почему! Прокуратор умен и дальновиден. Все суммы перевел на его, Квинта Амния, подотчетность, чем и оградил себя от денег легата. Другой бы на его месте поближе к себе пододвинул мешок с серебром, поскольку отчетность невразумительна и туманна. Заманчиво запустить руку. Но прокуратор мыслит трезво: придет время доносов и комиссий.
Лучше продумать свои взаимоотношения с первопроходцами религиозного раскола. Они определены в документах легата: никаких личных контактов, действовать только через подставных лиц. Никто не должен даже предполагать о направляющей руке Рима.
Квинт Амний пододвинул поближе футляр, в котором находились документы, связанные с созданием первой религиозной общины последователей Иисуса. Взял первый документ.
