— Больше я этого мужика не видел. Он как очнулся — в страхе сбежал, представляешь? — Храбрился я. — Беатрис снова недоверчиво взглянула.
— Да правду говорю! Хочешь, у Тэвера даже спроси. Он свидетель. — Сокрушался я.
— У Тэвера? — Беатрис помрачнела. — Ты… Не говори мне, что работаешь в Сытом Болтуне…
— Да. — Ответил я. — Ты что, знаешь Тэвера?
— Тэвера… ещё как знаю. Подожди, как ты попал к нему? — Спросила Беатрис голосом следователя.
— То есть, как? Увидел объявление, пришёл и устроился. Ничего сложного. А что? — Этот разговор начинал мне не нравиться.
— Что ты можешь рассказать об этом Тэвере? — Беатрис остановилась возле лавочки и кивнула, чтобы мы присели.
— Обычный, добрый дядька. Ну, разговорчивый… Больше ничего не м… А, ну, плюётся при разговоре… — Я вдруг вспомнил это и чуть ли не ощутил на себе его слюни. — Короче, ничего плохого не скажу. Что он натворил? — Хотелось поскорее узнать, что Беатрис думает о Тэвере.
— Так-так, стой. Как ты сказал зовут того парня? Которого искал червь. — Возбуждённо спрашивала она.
— Эм… Чёрт, как там его. Морн… Дорн… Вор… Т…
— Торн! — Беатрис вспомнила быстрее меня.
— Да-а, точно, Торном его звали!
Беатрис молчала и что-то обмозговывала у себя в голове. "Вот же тянет кота за яйца…" — не терпелось узнать правду. Но я не мешал Беатрис, лишь разглядывал её. Теперь вблизи она выглядела не так, как в нашу предыдущую встречу. Детская живость и какая-то таинственная невинность пропали. Отныне Беатрис всегда казалась мне взрослой, измученной девушкой.
— Ну что? — спрашивал я.
— А? — Беатрис выбралась из оцепенения.
— Рассказывать-то будешь, не?
— Давай пройдёмся. На ходу расскажу. — Заявила Беатрис.
"Господи, да что ж ты такая непоседливая-то…"
— В общем, — наконец начала девушка — начну издалека… Клан Чревоугодников, как и любой клан, обязан контролировать свои предприятия. Мы присылаем туда людей, собираем проценты, я, кстати, тоже этим занимаюсь. И вот… Тэвер, хозяин Сытого Болтуна, с какого-то момента начал платить меньше, чем было нужно — всё отнекивался, придумывал отмазки… Черви решили узнать, в чём дело, и подослали к нему помощника из клана — Торна. Торн должен был выяснить, куда пропадают деньги и слить информацию. Но спустя некоторое время Торн пропал. Исчез, растворился, и никто не знал куда. В Сытого Болтуна ни раз приходили черви и пытались узнать, где Торн, но Тэвер ни в чём не сознавался. Говорил, что Торн переехал в другой город, нашёл себе другую работу. Но Торн не мог найти себе другую работу, он же член клана!
— Но… почему они просто не могли отнять у Тэвера предприятие? Зачем нужны такие проблемы? — Не понимал я.
— Этот Тэвер уже давно владеет Сытым Болтуном. Он всех знает, и его все знают. Лучше него с этой работой никто бы не справился. Проще просто контролировать его, собирать проценты.
— Тэвер… никогда бы не подумал, что он на такое способен. А ты точно уверена во всём этом? — мне не хотелось разочаровываться в Тэвере, в этом добродушном толстяке, поэтому я до конца не хотел верить.
— Обижаешь. Я своими ушами слышала обо всём, когда мой хозяин говорил с хозяином червей. Увы, но это так, Сол.
Начинало светать. Небо из чёрного потихоньку становилось синим. Мы с Беатрис продолжали куда-то идти. Наконец, я узнал знакомые места. Мы подходили к борделю.
— Но это всё ерунда. — Говорила мне Беатрис. — Сейчас мы поговорим с Брунгильдой и проясним ещё кое-что. Заодно и заберу у неё процент от выручки, за которым и приходила…
Я видел, как Беатрис было неприятно идти вместе со мной по этому зданию. Без меня, она, наверное, привыкла к бесконечному разврату, но сейчас было неловко. Когда поднялись на второй этаж, она бросила злобный взгляд в конец коридора, туда, где была комната тридцать три.
Брунгильда находилась у себя в комнате. Казалось, что она и не двигалась с того момента, как мы были тут несколько часов назад. В такой же вальяжной позе Брунгильда полулежала на кровати и поглядывала то в окно, то на своё отражение в зеркале.
— Здравствуй, Брунгильда. — Поздоровалась Беатрис. Я же просто помахал рукой. — Сделаем вид, что ты ничего не видела, хорошо?
— Кон-е-ечно. — Игриво согласилась Брунгильда. Она оглядывала нас, глазами как бы на что-то намекая.
Брунгильда поднялась с кровати, почти что доплыла до тумбочки и достала из неё увесистый мешочек. Мешочек, позвенькивая, приземлился в руку Беатрис — та засунула его куда-то под платье.
— Спасибо, Брунгильда. — Сказала Беатрис. — Но мы пришли сюда не только за этим. Кое-что нужно обсудить…
— Конечно, золотце моё. Обсудим всё что угодно, тем более в такой прелестной компании. — Она покосилась на меня.
— Ты как-то рассказывала мне, что к тебе приходил неприятный мужик и предлагал принять в бордель красивого парня без глаз.
— Да, припоминаю такого. Он так расхваливал товар, говорил, что мальчик совсем юный, девственный, и лишь одно моё слово, он ослепит его и принесёт ко мне. Естественно, за приличную сумму.
— Так вот не помнишь ли ты, как звали этого мужика?
