— Быстрее! Быстрее! — шипел он. — У нас будут проблемы.
Я только фыркнул. Ну какие проблемы ещё могли появиться у меня? Едва ли профессор Чудодей смог бы отправить меня обратно на границу семи миров. Или выдать двум бугая в ярких галстуках. Быть может, проблемы возникли бы у санитара, но это меня тоже не волновало. Я твёрдо решил больше не быть удобным для каждого в этом странном мире.
Санитар бегом бросился вверх по кованой лестнице. Он открыл одну дверь, потом — другую, и обратился к Чудодею прямо из приёмной:
— Анатолий Борисович! — крикнул он. — Я не виноват. Господин Семён Частный идёт к вам со скоростью черепахи.
— Сюда его, бесстыжий! — рявкнул главврач.
Его крик насторожил меня. До этого Чудодей держался спокойно и уверенно. А тут — крик страха. Непонимания. Может, мне действительно стоило поторопиться?
— Семён! — воскликнул главврач. — Ежели я прошу поспешить, то это не просто так!
— Прошу прощения, — пожал я плечами. — Обедал. Мы с Захаром кормили пациентов с третьего этажа, и один даже набросился на меня…
— Мелочи жизни, — махнул рукой Чудодей. — Ты мне вот что скажи… Кто тебе нанял адвоката?
— Понятия не имею… — ответил я.
— Я звоню, звоню господину Иванову, — произнёс главврач, встав со своего роскошного кожаного стула. — Но он трубку не снимает! Адвокат требует срочной аудиенции!
Адвокат… У меня в душе промелькнула надежда. Должно быть, его нанял Дмитрий Вагин. Или же Азад со своей диаспорой? Одно можно было сказать с уверенностью: люди, которые желали мне зла, точно не стали бы нанимать адвоката. В принципе, я не сомневался, что меня здесь удерживают незаконно.
— Присаживайтесь, сударь, — сказал Анатолий Борисович. — Будем решать эту проблему.
— Разве адвокат — это проблема? — спросил я.
Но профессор пропустил реплику мимо ушей. Он поставил на стол тарелку с шоколадными конфетами. А рядом — графин с янтарной жидкостью и рюмку.
— Что это? — удивился я.
— Коньяк, — пожал он плечами. — Выпейте, закусите. И напишите заявление об отказе от адвоката. Добровольное согласие на оставление в моей лечебнице.
У меня глаза раскрылись от удивления. В своём ли уме Чудодей? Какой человек захочет оставаться в этом учреждении? Разносить обеды буйным пациентам, которые так и норовят утащить за собою в ад?
— Ну же, коллега! — воскликнул он. — По закону я обязан предоставить возможность осмотреть пациента в течение двух часов. Адвокат ждёт уже девяноста минут! У нас чертовски мало времени.
— Я… Я не согласен, — ответил. — Давайте встретимся с адвокатом. Ну что я теряю?
— Вы не понимаете… — сбивчиво сказал Чудодей. — У меня есть просьба Фёдора Иванова. Он велел вас хранить, держать здесь. Я звоню — он не снимает. Пожалуйста, откажитесь от адвоката. Я бы не хотел терять дружбу со светилом юриспруденции из-за такой мелочи!
Так вот, что его беспокоит! Потерять дружбу со своим дорогим Фёдором Михайловичем. Мне стало смешно. А самое интересное — как он собирался купить моё расположение. За графин коньяка и конфеты. Получается, плана Иванова не знал никто. А потому я не видел абсолютно никаких причин отказаться от встречи с адвокатом.
— Господин Чудодей, — начал я. — Увы, я не могу отказаться от встречи со своим представителем. А коньяк я терпеть не могу.
— Да что ты такое несёшь? — возмутился главврач. — Ты — бродячий пёс, мещанин! Смеешь отказывать мне, дворянину? Да я посажу тебя на пятый этаж. На цепь! Покуда мне не поступит дополнительных распоряжений от Иванова.
— Ведите к адвокату, — потребовал я.
— Ох, — Чудодей изменился в лице. — Я пошутил. Прошу не считать это угрозами. Просто вы не должны были отказаться! Я — врач, и мне виднее. У нас осталось совсем чуть-чуть времени. Ну же, пишите заявление!
— Идём к адвокату.
Анатолий Борисович побагровел. Его лысина и вовсе пошла пятнами. Что за мир, что за порядки! Чудодей несколько раз глубок вдохнул, приосанился. Лицо его разгладилось, и даже пятна с кожи исчезли. Вот это самоконтроль! Он поправил галстук, белый халат и произнёс:
— Ну что ж, будь по-твоему, упрямец. Но, чует моё сердце: ты не прав. Жаль, что даже целый профессор психиатрии не смог внушить тебе сию простую мысль.
В тот момент мне даже на секунду показалось, что Чудодей говорит искренне.
— Проводи нашего упрямца на межу, — распорядился Чудодей, обращаясь к подчинённому. — Я буду после. Попробую всё же дозвониться до Иванова.
Санитар так и не вошёл в кабинет главврача, покорно дожидаясь меня у двери. Я начал подозревать, что действовал негласный запрет на проход персонала в «святая святых». Теперь медицинский работник уже никуда не торопился. Мы покинули больницу и пошли на КПП. Санитар махнул рукой полицейским, которые там дежурили.
