Думала, первым внук будет — говорила она, улыбаясь — да и Ричард так думал. А вышло вот оно как. Что ж, по-моему, так даже лучше.
Я улыбнулась, поражаясь с какой легкостью малышка завоевывает в считанные минуты даже самые черствые сердца.
Ровейна все еще иногда посматривала на меня с недоумением и опаской, словно порой не понимая, что я делаю рядом с ее сыном и внучкой. Однако к своему отбытию далеко за полночь она уже на мой взгляд полностью смирилась с текущим положением дел.
И только отзвук несложившейся карьеры Ричарда в качестве королевского поставщика спиртного да призрак былого величия дома Стейнов иногда озаряли ее глаза горьким светом.
Она забрала с собой и Глорию, разумно рассудив, что нам будет не до нее. Уж не знаю, что Ровейна рассказала ей, когда та протрезвела, но Глория больше нас не беспокоила.
На следующий день Ричард куда-то уехал и возвратившись, преподнес мне замечательный, огненного цвета бриллиант.
Это тебе — с радостной мальчишеской улыбкой произнес он — в благодарность за дочку.
Я приняла камень — он был вставлен в золотое кольцо. И сразу же надела его на палец. Замечательная игра отблесков заворожила меня, и я залюбовалась на свою руку. Ричард выглядел ужасно довольным.
Затем примерно с неделю пришлось мне просидеть дома, пока от портного не вернулся весь мой обновленный гардероб, расшитый для увеличившегося размера. Платья, блузки, юбки, тонкие нижние юбки и рубашки, выходные и прогулочные наряды, дорожные костюмы и для верховой езды... Теперь я была во всеоружии.
С удовлетворением обозревая свои вновь наполнившиеся шкафы, я почувствовала себя совершенно счастливой.
Теперь у меня было все. Своя родная внешность, любовь Ричарда и замечательная дочь. Свой уютный дом, уникальной красоты кольцо с бриллиантом, подаренное с явной любовью, и даже огромный ворох нарядных платьев. Чего было еще желать? Наконец-то я получила то, чего давно уже заслуживала.
Однако, все наши неприятности только начинались. И одним не самым добрым утром в дверь особняка постучали.
Мадам, это вас — раздался снизу голос Эмили.
Я только закончила кормить Алару, поэтому еще сидела в спальне в одной сорочке. Ричард и вовсе еще спал.
Кто там? - вышла я на площадку второго этажа.
Не знаю — растерянно отвечала Эмили — вроде, стражники.
Стражники!? - я с трудом сглотнула горький комок слюны от поднимающейся к горлу паники — что им нужно?
Спускайтесь, господа! - загрохотал мужской голос снизу — с вашей служанкой мы разговаривать не будем.
Затем послышались звуки борьбы, Эмили завизжала. Я бросилась в спальню.
Ричард! Ричард! Вставай! — будила я мужа — Там пришли, стража.
С трудом тот разлепил глаза, но увидев мое встревоженное лицо, мигом проснулся. Пока он одевался, я старалась успокоить малышку Алару, которая видя беспокойство родителей, принялась громко плакать.
Наконец мы вышли из спальни, наткнувшись в дверях на заплаканную Эмили. Она одной рукой придерживала другую, на которой красовался больших размеров синяк.
Они меня толкнули — быстро сказала она — но это ерунда. Дайте девочку! Идите!
С этими словам она ловко выхватила у меня из рук дочку и скрылась с ней в спальне. Мы же с Ричардом продолжили спускаться. В гостиной, по-хозяйки развалившись в креслах, восседало пятеро стражников. Трое были мужчинами, еще двое — женщинами в латексных похабных костюмчиках. Только сейчас я вспомнила, что так и не спросила у Ричарда, почему женщины-стражницы одеваются в их мире столь нелепо.
Увидев нас, они поднялись из кресел.
Лорд и леди Стейн, полагаю? - быстро спросил усатый стражник, бывший у них видимо за главного.
Мы кивнули. И стражник, достав из кармана листок желтоватой бумаги, принялся читать. Упустив витиеватые формулировки можно было вычленить суть послания. И сводилась эта суть к тому, что я по законам этой страны признаюсь нелегалом, прибывшим из другого мира. И поскольку на меня не распространяются местные законы, то и нести ответственность за меня король не желает.
