Когда-то давно, когда Лесу было хреново оттого, что всю ночь напролет он кутил и пил, одна девушка его спасла. Первый год после его прихода ко двору ознаменовался шепотками за спиной и сплетнями среди дворян. Говорили, что наследный принц слишком хрупкий, слишком мягкий, чтобы править страной. Впечатлительного, едва вышедшего из подросткового возраста принца тогда эти сплетни страшно угнетали. И он ударился во все тяжкие, чтобы доказать, какой он на самом деле мужчина. Стал спать со всеми подряд, пить, проигрываться в карты. И однажды сильно переборщил. Трахаться всю ночь напролет — даже для него рекорд. Причем не просто заниматься сексом… но совокупляться, как кролики. Наутро страшно болела голова, было противно от самого себя, а в комнате царил тошнотворный запах секса. Воротило, тошнило, хотелось сдохнуть. Лес поклялся себе, что больше никогда не будет так перегибать палку. После той ночи он еще несколько недель избегал случайных связей, так что прислуга даже поговаривала, уж не заболел ли их принц? Но потом к нему подошла одна фрейлина. Милая девушка, застенчиво признавшаяся в любви… И Лес не устоял. В ту ночь ему преподнесли самое дорогое, что было у каждой девушки. Невинность. Его нежно обнимали, шептали на ухо страстные слова любви, и все было так искренне, что наутро он почувствовал себя заново родившимся. Правда, отблагодарил он ту милую девушку отнюдь не самым достойным принца образом. Дурак был, что сказать. Зеленый юнец, думавший, что может каждый день получать столь щедрые, незаслуженные дары, дары первой истинной любви юности. Скандал замяли, девушку отправили к родителям, выдав замуж за какого-то графа в качестве компенсации за «причиненный моральный ущерб».
И вот теперь, лежа на своей кровати, принц лихорадочно думал, что же ему делать дальше. Те чувства, что он испытывал к Тейту, и правда не были низменной похотью. А если бы были, то после увиденного он наверняка бы отступился. Впервые в жизни он бы встал на горло собственным принципам, убрал свои похотливые ручки подальше от этого чистого, невинного создания и даже не смотрел бы в сторону капрала. Но его чувства были не такими. Само собой, хотел принц его жутко, однако он, помимо этого желания, испытывал и кое-что другое. И в ту ночь, когда капрал впервые позволил ему заглянуть в сознание, когда Лес увидел, насколько невинен его разум, у него возникло страстное, настойчивое желание защитить его от посягательств внешнего мира. И теперь, когда принц вспоминал горящие похотью глаза Кайрила Смерча, в душе его вскипала темная холодная ярость. Если раньше то было чувство собственничества и ревности, то сейчас это было отчаянное стремление защитить то самое ценное, хрупкое и невинное, что было душой Тейта-стрелка. Он бы и сам не осмелился его даже пальцем тронуть, но… боги, сейчас… Нет, у него не было сил и дальше оставлять Тейта в неведении. Это было бы слишком жестоко с его стороны. Разве можно оставаться равнодушным к миру сладостных удовольствий? Нет, если бы он хотел просто потушить свое вожделение, то последовал бы совету капрала и нашел бы себе смазливого мальчишку. Да хоть этого Тилля, который пожирал его сладострастными взглядами. Но Лес хотел научить… Защитить. Показать. Ввести в мир магии любви.
И с этого момента его решение только окрепло. Единственное — он не знал, что скажет Тейту завтра. Как посмотрит в глаза? Принц не хотел быть тем, кто раскроет капралу его же страшную тайну. Он хотел стать для него не вестником гибели души, но защитником, тем, в чьих объятиях Тейт смог бы найти себя, найти тепло, утешение и заботу.
Утром следующего дня Тейту пришло сообщение от принца вместе с каким-то чумазым симпатичным мальчишкой, который назвался Керном. Лес хотел его видеть, приглашал на обед и приносил извинения за то, что так поспешно выпроводил его вчера днем. Капрал не стал думать над приглашением особо долго. К двум часам дня он пришел к Лесу домой. Принц сегодня был странно, если не сказать подозрительно, задумчив. Сидя за столом, Тейт зачем-то выслушивал его рассказы о жизни при дворе, какие-то шутки, но главной темы, очень желанной для капрала, принц затрагивать, видимо, не собирался.
— Не хочешь немного размяться? — предложил принц, поднимаясь из-за стола. — Я тут потренироваться хотел, да только не с кем.
