Когда я замечаю свое отражение, то на секунду замираю. Это вроде бы я, но совсем не похожа. Светлые волосы придавали мне более… мягкий, невинный вид. Новый темный цвет подчеркивает мои недостатки, некие шероховатости. А, может, это просто последствия того, через что я в последнее время прошла. Я вижу это по своим глазам. В них появилась жесткость, что-то более резкое и менее приятное, нежели раньше.
Я качаю головой, отвлекаясь от своих размышлений. Высушив волосы полотенцем, я втираю немного лосьона в свою новую татуировку, а затем одеваюсь, прежде чем выйти в другую комнату.
– Готово? – спрашивает Мэлис, оглядывая меня с ног до головы.
– Ага. – Я расчесываю все еще влажные волосы. – Что думаешь о новой версии меня?
Он ухмыляется, приподнимая темную бровь.
– Ты все та же, солнышко. Только с другими волосами.
Это вызывает у меня улыбку, и я присоединяюсь к ним, когда мы выходим из фургона.
– Так что там с поддельными документами? – спрашиваю я, и Мэлис кивает.
Тело немного протестует, когда мы забираемся обратно в машину, но, по крайней мере, на этот раз поездка будет короткой. Мы проводим в машине минут двадцать, въезжая в город, а затем останавливаемся перед небольшой, ничем не примечательной витриной. Это может быть круглосуточный магазин или что-то в этом роде, в витринах которого вывешены объявления о различных марках сигарет и пива.
Когда мы входим, колокольчик над дверью позвякивает, а за прилавком я замечаю скучающего вида девушку, которая едва обращает на нас внимание. Когда Мэлис подходит к прилавку, она поднимает голову и пристально смотрит на него.
– Чем могу вам помочь? – спрашивает она, приподнимая бровь.
– Мы здесь, чтобы увидеть Чака, – говорит он. – Он пропустил нашу игру в покер на прошлой неделе.
Сначала я не понимаю смысла его слов, но потом до меня доходит, что это, должно быть, какой-то код. Наверное, его им тоже дал тот парень, который рассказал об этом месте.
Девушка колеблется всего секунду, ее взгляд скользит по нам, словно оценивая, представляем ли мы угрозу. Затем она вздергивает подбородок.
– Пройдите до конца ряда. Поверните налево за «Гаторейдом».
Мэлис бормочет слова благодарности и жестом приглашает нас следовать за ним. Все трое братьев настороже, и я замечаю, что они держат меня между собой, словно создавая щит своими телами.
Когда мы добираемся до черного хода, дверь оказывается запертой. Мэлис сильно стучит три раза, и дверь приоткрывается на дюйм.
– Чего? – рявкает кто-то.
– Козырные тузы, – бормочет Мэлис, что, как я полагаю, тоже является кодом. – Нам нужно оформить кое-какие документы.
– Заплатить можете? – спрашивает тот, кто находится внутри, предположительно Чак.
Мэлис достает свернутую пачку денег, позволяя им говорить самим за себя. На мгновение воцаряется тишина, а затем дверь со скрипом открывается полностью.
– Входите, – говорит мужчина.
Он проводит нас в заднюю комнату, до отказа забитую различным оборудованием. Здесь есть камеры, огромный принтер и еще какие-то устройства, которые я даже не могу идентифицировать. Чак – высокий парень, почти выше Мэлиса, с усталыми глазами и трясущимися руками. Он худощав, если не считать небольшого брюшка, нависающего над ремнем.
– Чего вам надо? – спрашивает он, поправляя ремень и поглядывая на Мэлиса, похоже, догадываясь, что он здесь главный.
– Нам нужны паспорта.
– Четыре штуки?
Мэлис кивает.
– Да, и чтобы получше.
Чак фыркает.
– У меня всегда все лучшее. Не ссыкуй. Деньги вперед.
Он называет сумму, от которой у меня внутри все переворачивается, но Мэлис даже не моргает. Он кивает и протягивает наличные, и Чак тщательно пересчитывает их, прежде чем кивнуть. Парень легко перемещается по небольшому помещению, делая свою работу.
Затем он внимательно смотрит на каждого из нас, как будто оценивая, и потирает рукой подбородок. Наконец его внимание останавливается на мне, и одна его бровь слегка приподнимается, а взгляд скользит вверх и вниз по моему телу. Парни из стриптиз-клуба, в котором я раньше работала, пялились на меня гораздо более откровенно, так что я даже не вздрагиваю, а вот братья реагируют мгновенно.
Вик и Рэнсом встают по обе стороны от меня, словно защищая, а Мэлис, прищурившись, подходит к Чаку.
– У нас плотный график, – огрызается он. – Так что поторопись.
– Ладно, ладно. Иисусе. Делаю уже.
Чак поднимает руки в знак примирения, слегка опуская плечи, словно давая понять, что не собирается затевать какую-то хрень. Он прочищает горло и указывает на пустую стену, где установлен фон, в точности похожий на тот, что стоит в управлении дорожного движения.
– Ну, кто первый? – говорит он, глядя в нашу сторону, но избегая смотреть на меня.
Процесс изготовления поддельных паспортов довольно прост. Он фотографирует нас и задает несколько вопросов, говорит вымышленные имена и возраст, но использует наши реальные рост и вес. Затем что-то делает на компьютере, бормоча себе под нос во время работы. После мы ждем, пока он распечатывает фотографии и оформляет маленькие карточки.
