Я ошеломленно смотрю на нее, а она продолжает говорить:
– Я недооценивала, как сильно вы заботитесь друг о друге. И какой упрямой и неуправляемой ты можешь быть. – Она лукаво смотрит на меня. – Но это соглашение, в котором мы обе можем выиграть. Ты искренне уступишь мне, а они – получат свою
Ее слова затихают, но, хотя в кабинете воцаряется тишина, клянусь, я все еще слышу, как они эхом разносятся вокруг нас.
По сути, она предложила парням выход, настоящий выход, свободу жить своей жизнью, не беспокоясь о том, что они будут выполнять работу для Икса, из-за которой их однажды неизбежно убьют. Без необходимости снова думать или говорить об Оливии. Без ее угроз и манипуляций, которые постоянно нависают над ними.
Если только я по-настоящему соглашусь на свадьбу.
– Я дам тебе немного времени подумать, – говорит Оливия, и ее холодный голос вторгается в мои мысли. – Но не забывай, что поставлено на карту, если ты откажешься от моего предложения, Уиллоу. Есть еще множество заданий, на которые Икс мог бы отправить братьев Ворониных, и некоторые из этих заданий довольно опасны. Ты можешь прекратить все это, если захочешь. Решать тебе.
Оливия откидывается на спинку стула, все еще держа руки на столе. Ее карие глаза изучают мое лицо, а затем она слегка кивает, словно довольная тем, что видит. Как будто она уже знает, каким будет мой выбор. И, возможно, так оно и есть.
Прошло уже несколько дней после вечеринки, а от Уиллоу до сих пор ни слова.
Это выводит из себя. Нам нужно знать, что она в безопасности, и понять, не вытворила ли с ней чего-нибудь эта старая сука за то, что произошло на вечеринке, но мы не можем просто пойти туда и выяснить это.
Нам нужно быть осторожными, чтобы не навлечь на нее неприятности, но ждать я, увы, никогда не умел. У меня под кожей будто муравьи копошатся и, черт возьми, расслабиться просто невозможно.
Я ненавижу это. Быть на расстоянии от нее. Чувствовать, что ее нет рядом.
До свадьбы осталось меньше недели, а это значит, что над нашими головами тикают большие красные часы обратного отсчета. И в то же время Икс по-прежнему дышит нам в затылок, подкидывая одну гребаную работу за другой. Мы не можем сказать «нет» или послать ее к черту, ведь она может легко отправить меня обратно в тюрьму или выместить свой гнев на Уиллоу, а ни то, ни другое нам явно не подходит. Так что мне и братьям приходится продолжать играть роль ее чертовых мальчиков на побегушках, пока мы ищем какой-нибудь рычаг воздействия, чтобы избавиться от проклятой старухи.
Сегодняшнее маленькое «поручение» было в основном рутиной, но Вик пострадал во время побега. Все не так уж плохо, но его определенно нужно подлатать.
Рэнсом тоже в плохом настроении, вваливается на склад и хлопает дверью, как только мы возвращаемся домой.
– Это, твою мать, отстой, – огрызается он. – Мы навсегда останемся сучками Оливии. Пока не оступимся и одна из ее дурацких задачек не прикончит нас.
В последнее время он был на взводе больше обычного, и я знаю, это потому, что он винит себя в той ситуации с Троем.
– Она нас не убьет, – ворчу я в ответ, подводя Вика к дивану и усаживая его на него.
– Я в порядке, Мэлис, – говорит мой близнец усталым голосом.
– Завались, – отвечаю я ему, но в моих словах нет злобы. – Тебе нужно наложить швы.
Я задираю его рукав, под которым красуется рана, затем быстро вдеваю нитку в иголку, чтобы сделать несколько необходимых швов.
Вик стискивает зубы. Пока я шью, на его лице почти ничего не отражается, хотя он выглядит немного раздраженным из-за того, что мои стежки не такие аккуратные, как были бы у него.
– Слышал что-нибудь еще от Уиллоу? – спрашиваю я его. Последняя информация, которую мы получили, была о том, что она залезла в сейф, но там не оказалось ничего полезного. Так что теперь ей приходится продолжать обыскивать дом в попытках найти какое-нибудь другое место, где Оливия могла бы хранить компрометирующие ее материалы.
– Нет, – бормочет Вик. – Пока ничего.
Рэнсом меряет шагами гостиную, затем останавливается и пинает кофейный столик, сдвигая его с места на несколько дюймов. Вик бросает на него многозначительный взгляд, но Рэнсому, похоже, насрать.
– Значит, так, – говорит он. – Время вышло. Нам нужно готовиться к плану «Б».
План «Б» – это последнее средство. Смысл его в том, что мы все просто сваливаем отсюда к чертовой матери вместе с Уиллоу, даже если это означает, что Оливия будет охотиться за нами вечно.
Я сжимаю челюсти и поднимаю глаза на Вика, обмениваясь с ним взглядами. На самом деле никто из нас не хотел, чтобы до этого дошло, но когда он кивает, я понимаю, что Рэнсом прав.
У нас практически не осталось времени.
– Черт. – Я резко выдыхаю, присаживаясь на корточки. – Похоже, у нас нет другого выбора.
– Мы знали, что до этого может дойти, – соглашается Вик. – Нам нужно будет кое-что сделать, прежде чем сможем уехать. А еще найти способ поговорить с Уиллоу, не привлекая внимания ее бабушки или Троя. Нам нужна большая фора.
