Мэлис снова погружается в меня, и этого достаточно, чтобы по моему телу прошлась волна удовольствия. Оргазм пронизывает меня насквозь, горячий и неоспоримый. Я едва могу дышать, едва могу думать, перед глазами все плывет, и я разваливаюсь на части. Волны удовольствия накатывают одна за одной.
Мой рот открыт, и я понимаю, что высокий, пронзительный шум в комнате исходит от меня, от моих стонов. Оргазм невероятно мощный.
Позади меня Мэлис продолжает двигаться, не останавливаясь, пока не начинает громко ругаться и не кончает сам, наполняя меня теплой спермой. Я хватаю ртом воздух, но Мэлис еще не закончил со мной. Он обнимает меня за талию, притягивая спиной к своей груди и по-прежнему погружаясь глубоко внутрь меня.
– Сейчас Рэнсом кончит тебе на сиськи, – выдыхает он. – Прямо на это гребаное платье. Он тоже должен пометить тебя.
Я издаю хриплый стон, переводя взгляд на его брата. Рэнсом без колебаний придвигается ближе, забирается к нам на кровать и одновременно стаскивает штаны.
Несмотря на то, что я измотана, от вида его члена у меня слюнки текут, и я слежу взглядом за его движениями, пока он дрочит себе. Рэнсом выглядит как чертово божество, – глаза прикрыты, голова откинута назад, а в брови сверкает колечко. Мышцы его шеи напрягаются, пока его рука скользит по члену, и вскоре его бедра дергаются, липкие струи его спермы разбрызгиваются по всему подолу моего платья.
Помечая меня, как и сказал Мэлис.
Рука Мэлиса запутывается в моих волосах, и он слегка наклоняет мою голову набок. Его губы находят изгиб моего подбородка, и он запечатлевает там поцелуй. Его теплое дыхание касается моей кожи.
– Если бы я тебя потерял, то погиб бы. Я не могу жить без тебя, солнышко, – хрипло шепчет он.
Моя голова откидывается на его плечо, тело обмякает, все эмоции от нашей ссоры покидают меня. Мэлис наконец вытаскивает из меня член и укладывает на матрас. Я же, обессилев, закрываю глаза. Я слышу, как они что-то говорят друг другу, но едва могу сосредоточиться на их словах.
Его мозолистые руки развязывают мои запястья и потирают их, заставляя кровь снова течь. После этого он осторожно проверяет швы.
– Ты в порядке? – спрашивает Мэлис с ноткой грубоватого беспокойства в голосе. Я знаю, он беспокоится, что был слишком груб со мной, и в ответ я, сонно моргая, киваю.
– Да. А ты?
В его глазах по-прежнему бушует буря, но теперь они выглядят по-другому, как темно-серые грозовые тучи, проплывающие вдалеке.
– Буду, – отвечает он.
Сильные руки подхватывают меня, притягивая к кровати, и я оказываюсь зажатой между ними двумя. Это удивительно нежный момент после такого грубого траха, но я чувствую себя намного лучше, чем раньше.
Рэнсом гладит меня по волосам, а Мэлис прижимается к моей спине, словно защищая и придавая сил. Его рука властно лежит на моем бедре, и, хотя я не могу не бояться того, что ждет нас в будущем, я знаю, что в этот момент…
Не существует другого места, где я бы предпочла оказаться.
Мы лежим так довольно долго, и я почти задремываю между Мэлисом и Рэнсомом. Я слышу их ровное дыхание и чувствую биение сердец, и это меня успокаивает. Но в моем организме еще остался адреналин, и даже усталости от того, что меня хорошенько оттрахали, недостаточно, чтобы усыпить по-настоящему.
Тело болит, а еще оно измотано, как в хорошем, так и в плохом смысле. Теплая, продолжительная пульсация в том месте, где Мэлис меня отшлепал, кажется почти приятной, однако жжение в запястье, где Рэнсому пришлось вырезать трекер, напоминает мне обо всем, что было до этого.
Я также ощущаю, как на коже высыхают пот, грязь и сперма, заставляя меня чувствовать себя отвратительно после такого долгого дня.
Ни один из братьев вроде бы не собирается двигаться, поэтому через некоторое время я, морщась, протискиваюсь между ними.
– Мне правда нужно привести себя в порядок, – бормочу я. – Я теперь еще более грязная, чем раньше.
Рэнсом фыркает, утыкаясь носом мне в шею.
– Ха. Не вижу проблемы, ангел.
– Согласен, – добавляет Мэлис грубым и теплым голосом. – Ты мне нравишься грязной, солнышко. Обожаю, когда ты вся в нашей сперме.
Его рука скользит вверх по моему бедру, а затем по киске, не проникая в нее, а властно поглаживая лобок.
Рэнсом наклоняет голову, находит мой рот своим и глубоко целует. От этого у меня перехватывает дыхание, и я наклоняюсь к нему, целуя в ответ. По телу разливается тепло, и я слегка прижимаюсь к руке Мэлиса. Я определенно слишком устала, чтобы продолжать, но мне нравится, когда они прикасаются ко мне вот так, собственнически и привычно.
Когда они наконец отстраняются, я могу оценить, в каком нахожусь состоянии. Мой макияж наверняка испорчен, волосы растрепаны, кожа в грязи и крови, а когда Мэлис вышел из меня, струйка его спермы потекла по моей ноге.
Задница все еще болит, а влагалище пульсирует от жесткого траха, но эта боль приятная. Боль, которая, вероятно, и задумывалась Мэлисом, как напоминание о том, что я принадлежу ему.
– Ладно, давай снимем с тебя это чертово платье, – говорит Рэнсом.
– Слава богу, – бормочу я.
