После воинственной эскапады я испытываю желание эффектно уйти, но вместо этого поднимаю оправу солнцезащитных очков на лоб и с вызовом смотрю на Эрин.
— Плебейка. — бормочет она и, дёрнув веснушчатым плечами, уходит.
И пусть я только что одержала очередную победу на чужом поле, мне совсем не весело. Ведь Кейн по-прежнему сидит на шезлонге рядом с Алексой, совершено на заботясь, куда я запропастилась.
— О чем задумалась, красавица? — весёлый мужской голос вторгается в мое пятиминутное одиночество, и запястье ложится отпечаток теплого прикосновения. Я машинально одергиваю руку, избавляясь от не прошенного контакта и поднимаю глаза. Этого парня я уже видела на вечеринке в отеле: его представлял один из мужчин, с которым беседовал Кейн.
— Я Роберт, нас знакомили вчера, — подтверждает мои мысли парень, приваливаясь на поручень рядом. — Эрика, правильно?
Я киваю, все ещё не в силах оторвать взгляд от Алексы, которая успела распустить волосы, очевидно, для большей убедительности своего повествования.
— Я собираюсь пойти взять себе выпить. Ты будешь что-нибудь?
Вообще-то я считаю, что для распития алкоголя ещё слишком рано, но слова Эрин и моя подавленность делают свое.
— Если можно. — говорю с улыбкой и, покосившись на стакан в руках Алексы, быстро добавляю: — Только не мохито, пожалуйста.
Парень кивает, обнажая в улыбке ровные белые зубы, которыми, как я успела заметить, могут похвастаться все гости. Видимо, иметь хорошего дантиста — непременный атрибут дорогой жизни.
— Никуда не уходи.
Роберт идёт к бару, а я заставляю себя прекратить наблюдение и, прислонившись к поручню спиной, провожаю его глазами. Парень не выглядит намного младше Кейна — думаю ему около двадцати восьми, но разница между этими двумя колоссальная. Первый выглядит возмужавший подростком, с лёгкостью плывущим по волнам роскошной жизни, второй — мужчиной, управляющим кораблем в условиях шторма.
Ругаю себя, что несмотря ни на что жду, что передо мной появится Кейн, пусть даже рассерженный и злой, и скажет, чтобы я возвращалась на шезлонги. Но он разумеется слишком занят тем, что слушает свою подругу Алексу и ему нет дела до того, чем занята его карманная наложница. Ведь с яхты мне все равно никуда не деться.
— Держи, — холодное прикосновение стекла обжигает запястье, и я, натянув на лицо улыбку, принимаю бокал. К черту Кейна и его равнодушие. К счастью, на борту этой дорогущей посудины есть те, кому я интересна.
— Так чем ты занимаешься, помимо того, что разносишь коктейли на яхте, Роберт?
Моя киношное кокетство коробит меня саму, но я задалась целью во что бы то ни стало выжать из себя веселье, раз уж осталась предоставленной самой себе, и намерена ей следовать.
Роберт встаёт рядом и придвигается ближе, так что его локоть задевает мой, и смотрит на меня с широкой улыбкой покорителя женских сердец.
— У моего отца крупная студия звукозаписи, я работаю с ним.
Моя интуиция меня не подвела, и парень действительно принадлежит к категории золотой молодежи, избалованной деньгами своих родителей. Как и большинство здесь присутствующих.
— А чем занимаешься ты?
Я с силой всасываю сливочный напиток через соломинку, чтобы поскорее утопить свое болезненное состояние, и пожимаю плечами:
— Недавно окончила университет. Работу пока найти не успела.
— А кто ты по специальности? — Роберт делает едва заметное движение, от чего его бедро, обтянутое влажной тканью шорт, задевает мою ногу, и это утверждает мою уверенность в том, что он со мной флиртует.
Он совсем мне не интересен, а его настойчивое вторжение в мое личное пространство вызывает лишь желание сбежать, но я не могу так быстро сдаться, поэтому с беспечным взмахом руки примеряю образ местных гостей, веселых и не обремененных проблемами:
— Скука смертная! Бухгалтерия и финансы.
Взгляд Роберта бегло пробегается по моей груди у животу, но, к чести, быстро возвращается к глазам:
— Если ты в ближайшее время ничего не найдешь, думаю, я бы мог замолвить за тебя словечко перед своим другом.
Нет ни малейшего шанса, что я воспользуюсь его предложением, но это не мешает мне громко рассмеялся и хлопнуть его за загорелому плечу:
— Оо, ты такой милый! Правда. Знаешь меня от силы десять минут и готов поручиться за меня перед знакомыми.
Жара и алкоголь делают своё дело: я чувствую себя раскованно в своей игре, хотя это никак не отменяет того факта, что она больше походит на агонию. Ведь Кейна здесь нет, а значит ему плевать.
— Я готов поручиться за тех, кто мне нравится. — улыбается парень и в его глазах безошибочно угадываются проблески похоти — ответной реакции на мое кокетство. Его рука ложится на мое плечо, отрывая от поручней и спускается на талию, утягивая вперёд:
— Пойдем к бару — выпьем чего-нибудь ещё.
Прикосновение кажется чужим и инородным, и совсем не ощущается как ладонь Кейна, но сопротивляться я не собираюсь. Хочу забыться хотя бы ненадолго.
