Б а б у ш к а. Будь у меня такая память, как в молодости, я бы все стихи Арии Элксне наизусть выучила.
М а т ь. Когда я читала, у меня перед глазами была твоя грушевая яблонька, с которой я здороваюсь, как с человеком.
Б а б у ш к а. Поэтесса, конечно, шире понимала.
М а т ь. Конечно, но все же.
Б а б у ш к а. Почитай еще то, про… называется «Весь век свой», на тридцать пятой странице.
Буквы мелкие, и так медленно идет даже в очках, поэтому я люблю, когда ты мне вслух читаешь.
М а т ь
О т е ц. Опять стишки?
Б а б у ш к а. Тебе, зять, не мешало бы когда-нибудь послушать.
О т е ц. Я больше уважаю прозу.
М а т ь. Знаем, знаем.
О т е ц. На дворе настоящая весенняя слякоть, добраться до станции проблема.
Б а б у ш к а. Сделаете крюк через «Горных драконов» — и по шоссе. Янис, наверно, тоже так пошел, а не через озеро.
М а т ь. Не пора ли ему уже вернуться?
Б а б у ш к а. Междугородного иногда довольно долго ждать.
О т е ц. У меня на Яниса зуб.
Б а б у ш к а. Вот еще! На Яниса.
О т е ц. Как он вчера на меня напал.
М а т ь. Напал, ну уж… Сказал пару слов.
Б а б у ш к а. Парню перед рижскими девчонками посолиднее хотелось выглядеть, поблагороднее, а ты, видишь, пришел и…
О т е ц. Я, да… Я! Я как раз хотел его отличить, чтобы рижанки поняли, что с таким парнем можно, как говорится, коней воровать, не подведет, а подведет, так единственно, как говорится, по глупости!
Б а б у ш к а. Дозвонился?
Я н и с. Да. Айвар приедет поездом в полвторого.
М а т ь. С самим Айваром говорил?
Я н и с. Да.
М а т ь. Тетушке сказал?
Я н и с. Нет. Как ей, лучше?
М а т ь. Вроде бы немножко. Иди, скажи про Айвара, она ждет.
О т е ц. Как себя чувствуют рижане?
Я н и с. Так…
О т е ц. Может, за это время примирились с мыслью, что жаркое не висит на деревьях, как сливы и груши…
М а т ь. Ну не заводи опять.
Я н и с. Поэт спал, поэтому в доме все ходили на цыпочках и двери старались закрывать без малейшего шума. Велта сделала мне замечание и предупредила, чтобы я говорил тихо…
О т е ц. А ты?
Я н и с. Сначала так и говорил, но когда Айвар в третий раз заявил, что не слышит, я и прокричал, что и как.
О т е ц. Правильно! Еще считаться с ними!
Б а б у ш к а. Проснулся поэтик?
О т е ц. Если мой племянник крикнет!
Я н и с. Надо думать, проснулся.
О т е ц. Тут надо быть, я не знаю, мертвецом…
Я н и с. Велта сказала, сразу после завтрака приедут сюда.
М а т ь. Не забыл, значит, что вчера тетушке обещал… Ну иди, сынок, к тетушке. Только не закрывай плотно дверь, чтобы мы слышали, если она позовет.
Я н и с. Хорошо.
О т е ц. Потом зайди ко мне в хлев. Приведем загородку в порядок, чтобы у будущего жильца были человеческие условия!
М а т ь. Ты в самом деле снова возьмешь поросенка?
Б а б у ш к а. Уже сговорено.
М а т ь. Стоит ли. Столько хлопот.
