Портрет лива в Старой Риге полностью

А у р е л и я. Скорее, приходят просто поговорить. Девочки далеко от дома, от мамы… Приходят поплакать, если кто обидел, приходят похвастать новым платьем, посоветоваться о покупке пальто… Ну а как иначе, когда ей самой придется шить себе платье к свадьбе!

Т а л и в а л д и с. К свадьбе?

А у р е л и я. Ну да.

Т а л и в а л д и с. Которая?

А у р е л и я. Зинта.

Т а л и в а л д и с. Разумеется. Зинта… Можно было и не спрашивать.

А у р е л и я. И так видно?

Т а л и в а л д и с. Ну…

А у р е л и я. Бывают случаи, когда… да, но это не тот. Не тот случай.

Т а л и в а л д и с. Посмотрите, как на фоне заходящего солнца вырисовывается ваша телевизионная башенка!

А у р е л и я. Каждый вечер смотрю, если не пасмурно.

Т а л и в а л д и с. Вам не нравится?

А у р е л и я. Башня?

Т а л и в а л д и с. Так прозвучало.

А у р е л и я. Поначалу раздражала, примерно как в свое время Эйфелева башня парижан, но мало-помалу, так же как они, я привыкла, и теперь для меня эта коряка уже и есть Огре.

Т а л и в а л д и с. Для меня тоже.

А у р е л и я. Может, сядем за стол? У меня все готово.

Т а л и в а л д и с. Ну взгляните, как четко она вырисовывается на потемневшем небе.

А у р е л и я. Четко.

Т а л и в а л д и с. Фантастически живо.

А у р е л и я. Идем на кухню.

Т а л и в а л д и с. Когда солнце зайдет, хорошо?

А у р е л и я. Если ты не очень проголодался.

Т а л и в а л д и с. Нет. Только…

А у р е л и я. Только…

Т а л и в а л д и с. Грустно.

А у р е л и я. Майра, выходит, попала в цель.

Т а л и в а л д и с. В самую точку.

А у р е л и я. Я видела.

Т а л и в а л д и с. Разве можно было увидеть?

А у р е л и я. Ты же не японец.

Т а л и в а л д и с. От Майры я не ожидал. От такой…

А у р е л и я (перебивает его). Не скажи! Мало ты ее видел и слышал.

Т а л и в а л д и с. Хватило, и даже с избытком.

А у р е л и я. Девушка в сердцах пыталась и так и эдак, пока женская интуиция безошибочно не подсказала ей слабое место противника… Говоришь, в самую точку?

Т а л и в а л д и с. Зинта глубже. Это проявляется и внешне, ее даже можно писать… Акварелью, быть может, пастелью… Да что там. Тетя Аурелия, если мне понравится какая-нибудь девушка, это верный признак того, что она… как, например, Зинта сегодня…

А у р е л и я. Любит другого?

Т а л и в а л д и с. Знаете, как копатели колодцев в деревне ищут воду?

А у р е л и я. Ты имеешь в виду — с помощью ивовых прутьев?

Т а л и в а л д и с. Да, но… поговорим о чем-нибудь другом, хорошо?

А у р е л и я. Сколько тебе сейчас лет?

Т а л и в а л д и с. Двадцать один… Я не рассказал об Икшкиле. Начал, но не закончил… Что-то немыслимое, слушайте: откопали каменную стену, уходящую под фундамент здания Мейнхарда! Стало быть, возведенную до тысяча сто восемьдесят четвертого года!

А у р е л и я. И кто же строил?

Т а л и в а л д и с. Вопрос! Ливы в ту пору еще не умели, латыши тоже. Стена Мейнхарда считалась самой первой, но теперь выясняется, что на этом месте у Даугавы что-то было еще раньше!

А у р е л и я. Интересно.

Т а л и в а л д и с. Серые и красновато-коричневые камни скреплены известковым раствором!

А у р е л и я. Что говорят ученые?

Т а л и в а л д и с. Мне ведь они не говорят.

А у р е л и я. Ничего?

Т а л и в а л д и с. Ну, указывают, например, что десять сантиметров туда или сюда, на мой взгляд, может, и мелочь, когда я рисую скелеты, но в археологии все же так не принято…

А у р е л и я. От меня тебе и за десять миллиметров влетело бы.

Т а л и в а л д и с. Иногда они, ученые, абсолютно теряют чувство юмора. Например, когда я пририсовал к спиралеобразному кольцу девичью руку с цветком ромашки.

А у р е л и я. У меня нет слов.

Т а л и в а л д и с. Разве так не могло быть? Я просто реставрировал.

А у р е л и я. Идем?

Т а л и в а л д и с. Еще на верхушке башни солнце… (Выходит на балкон.) Поистине впечатляющая кастрюля на конце жерди, сочная… Ой, как тут приятно. От реки веет какой-то подвальной прохладой и черной смородиной… Не будь этих проклятых комаров, я охотно бы спал на балконе.

А у р е л и я. В комнате тебе плохо?

Т а л и в а л д и с. Хорошо, но вы из-за меня вынуждены спать у соседки.

А у р е л и я. В пустой квартире, соседи благодарны и радуются, что я за ней присматриваю.

Т а л и в а л д и с. Все же. (Возвращается в комнату.) Вы им, этим девушкам, сказали, знакомя нас, — «Мой единственный сын»…

А у р е л и я. Ты почувствовал себя шокированным?

Т а л и в а л д и с. Нет, совсем наоборот, я… но имею ли я право в этой связи вас кое о чем спросить?

А у р е л и я. Ну, о чем же? Спрашивай!

Т а л и в а л д и с. Вы это просто так, в шутку сказали, или вам так кажется?

А у р е л и я. Ну что это за слово, кажется… Ты меня называешь тетей, хотя мы совершенно чужие люди, однако пять долгих лет, не мне тебе говорить, я была твоей матерью, и потому ты все еще, нравится тебе или нет, мой сын.

Т а л и в а л д и с. Спасибо, тетя Аурелия, и мне нравится.