Лайза наблюдала, как он этими пальцами извлёк бинт, как надорвал упаковку зубами.
– Вижу, общение с Файрвудом-старшим пошло тебе на пользу, – она откинула слегка дрожащими руками выбившиеся рыжие локоны с лица.
Всё ещё бледная
Ну ладно.
– Ладони, – попросил спокойно.
Девушка протянула ему правую руку. Ладошка тонкая, кожа почти белая, со следами старых шрамов, под ней видна вся причудливая паутинка жил. И тем страшнее смотрятся глубокие кровоточащие проколы. Ряд заходит на ряд. Один наискось – как ладонь умудрилась извернуть, – один раз шипы два раза вошли в одни и те же проколы. Последний раз на входе в зеркальный режим шипы, кажется, продырявили ладошку до середины.
– Обрабатывать некогда, да мне и нечем, – Арсений неловко принялся обматывать бинт вокруг тонкой ладони, попутно вспоминая, как это делает Джим. – Если к вечеру начнёт кровить совсем уж сильно, перетяну лентой. Она быстро останавливает кровь. Гемостимулина в обрез, поэтому…
– Подожди. – Лайза чуть нахмурилась. – Какое «к вечеру»? Мы тут до вечера?
Арсений перевязал её руку, бегло оглядел вторую – почти не кровит, и поднялся.
– Позволь прояснить пару моментов, напарница, – сказал со вздохом. – У меня нет времени на перекуры, нытьё и перевязку каждые три минуты. Я работаю. Не можешь тянуть – иди к Джиму и скажи всё как есть, мол, не выдерживаю. Не думаю, что он будет настаивать.
Подпольщик направился к двери, захлопнуть для очередного испытания.
Рыжеволосая последовательница задумчиво сжала-разжала перебинтованную ладонь. Подняла на него взгляд.
– Арсень, – голос тихий. Видно, что злится. – Если бы Джим хотел снабдить тебя вечно ноющим оболтусом, он нашёл бы кучу кандидатур помимо меня. Я, видишь ли, не так хороша в испытаниях, как ты. Зато я хорошо ищу. Так что соизмеряй требования.
Арсений закрыл дверь и вернулся к ней, снова присев у ящика. Вздохнул. Всё раздражение махом испарилось.
– Тогда давай так, – предложил спокойно, заглядывая в ярко-карие глаза. – Двери закрываю я, в новую комнату иду первым. Если, не приведи маньяк, зеркалка, повисну сам, а ты на подхвате будешь. Договорились?
Она кивнула и отвернулась.
– Но уж избавь меня от этого своего заботливого тона, Перо.
– Заботливого? – подпольщик выпрямился. – Как знаешь. Тогда поехали.
– Мой дальний угол, – всё ещё раздражённо отозвалась девушка. – Ищи у стола.
К обеду они стали счастливыми обладателями двух вагонов – пассажирского и угольного, и трёх пачек бинтов, Лайза в библиотеке нашла какую-то редкую книгу, сам Арсений обзавёлся двумя транзисторами, леской и оловом, а в довершение картины девушка в прихожей выудила из вазы с искусственными цветами длинный пинцет, сказав, что Джим будет в восторге.
На обед они явились с разницей в несколько минут – причём Лайза настояла, чтобы он шёл первый. Арсений под общий шум пару раз встретился взглядом с Джимом, но поговорить не удалось: судя по общему настроению, в особняке назревал очередной фракционный конфликт.
Арсений втихаря под столом передал Джеку найденные детали, в ответ получил условный кивок – лидер при этом упорно смотрел в строну мигающей в уголке камеры и так же, под столом, сунул заму тонкую бумажку с запиской.
Ночью зайди ко мне в комнату есть дело
Арсений только вздохнул.
Ночь – царство Подполья, а я, изменник, в это время сплю в обнимку с лидером Последователей. Красиво устроился, а?
Только когда подпольщик расправился с едой и вышел в пустой коридор, док догнал его, бегло осмотрел ладони, строго спросил, не обижает ли его Лайза, после чего наказал вечером непременно явиться к нему, и скрылся в гостиной.
– Джим спрашивал, не обижаешь ли ты меня, – слегка ошарашено выговорил подпольщик, когда, спустя пару секунд после исчезновения дока за дверью, на его плечо легла лёгкая ладошка.
– Надеюсь, ты не стал ябедничать? – хмыкнула Лайза. – Что у нас по расписанию?
– Попробуем детскую.
Всё произошло в секунду – то ли Кукловод решил развлечься, то ли они случайно задели спусковой механизм, но с потолка, метя девушке в голову, сорвалась гиря. Арсений успел только на рефлексах – схватил с пола крышку от кастрюли (откуда взялась?..) и отбил ей, как щитом, груз в сторону. Крышка звонко загудела, завибрировала, едва не вырвавшись из ноющих пальцев, но удар выдержала. Гиря под собственной тяжестью завертелась на месте.
Арсений, всё ещё держа перед собой крышку, насторожено зыркал по сторонам, ожидая других ловушек.
– А мы с тобой неплохая пародия на героическую скульптурную композицию, – слегка дрожащим голосом отозвалась из-за его спины Лайза. – Рыцарь Крышки и Кастрюли, сэр Перо, защищает… ну, точно не прекрасную даму… скажем, просто свою до чёртиков перепугавшуюся спутницу.
– Протестую, – Арсений, совершенно не по-рыцарски погрозивший кулаком гире, обернулся к девушке, наконец-то опуская «щит». – Непрекрасную даму я бы защищать не стал.
– Вот лесть я точно не переношу, – фыркнула рыжая. Она уже опомнилась и вернулась к прохождению испытания.
