– Я не знаю, что тебе может быть нужно, – злобно огрызнулся хвостатый, так же не оборачиваясь, – так что будем договариваться. Я могу достать почти любую электротехническую ересь, которая понадобится вам для ваших коварных планов.
– О, а это уже интересно, – заговорил Арсений совершенно другим тоном, касаясь последнего списочного предмета – диктофона. – Но, как понимаешь, мне нужна консультация, сам в теме не шарю… Давай так: вечером я тут со своим условием. Но больше трёх принести всё равно не смогу. Устроит?
– Если эти три не сгорят при первой же попытке подключения.
На этой позитивной ноте разговор закончился. Арсений, правда, попытался снова приспроситься к хвостатому а классные волосы насчёт пропавшего манекена, но ответа не получил. Его старательно игнорировали.
С чердака он вышел разве что не насвистывая – два медных колокольчика, тряпичная кукла волка, шесть разноцветных ленточек, рулон фольги, несколько ниток старых бус, и – бухахашечка – транзистор. Один, но, вроде, неплохой.
А ещё – и от этой мысли тянуло то ли рассмеяться, то ли поулыбаться загадочно – шапочка медсестры. Симпатичная, почти не пыльная, очень элегантная шапочка.
Джек встречал его широко распахнутой спиной – как начал перед его уходом в загадочной двери копаться, так, кажется, с лестницы и не вылезал. Выслушал рассказ о странной просьбе чердачного обитателя, почесал затылок, отжал пару бус – Дженни показать, вроде как он тоже работал на благо Рождества.
– Транзисторов навалом, что полевых, что не полевых, – заключил, возвращаясь к расковыриванию двери. – А вот паяльники летят – моргнуть не успеваешь. Дверь ещё эта… Давай так, либо паяльник, но чтоб нормальный, после пяти минут не ломался, либо – электронную плату. Только надо такую, чтоб…
– Я не запомню! – Арсений поспешил вклиниться, выставив руки ладонями вперёд. – Пиши на бумаге!
Найденным игрушкам Дженни очень обрадовалась, а при виде колокольчиков и лент даже в ладоши захлопала. Сказала, что из этого можно что-нибудь очень-очень красивое сделать, и она уж постарается. Джек тоже заслужил свою порцию похвалы – за «найденные» бусы девушка погладила его по голове и подлила дополнительный половник супа.
– Джек, ты такой молодец, – она села рядом, положив подбородок на ладошку, – и как успел? Ты же с дверью работаешь.
Джек сказал, что «уметь надо» и безо всякого стеснения тиснул из стоящей рядом тарелки корнишон, на который Арсений, к слову сказать, очень рассчитывал.
После ужина он сходил к Райану, доложил условия, выслушал презрительное «не многовато за три транзистора хороший паяльник?». Условились на электронную плату, на следующее утро. Джек уже потом, перед сном, признался, что на паяльник особенно и не рассчитывал, но – вдруг?
Двадцать третьего числа Арсений ни свет, ни заря проснулся от того, что Джек, соскочив с его кровати, на бешеной скорости куда-то унёсся. Уже через пять минут особняк сотрясали возмущённые вопли крыса: он занёсся в комнату Арсения, потрясая объёмной шкатулкой.
– Шестнадцать!!! Шестнадцать крыс и семь ворон, Эрсей!!! Ты вообще представляешь?!
При ближайшем рассмотрении оказалось, что шкатулка полна сыра. Неплохого, приятно-жёлтого, с аккуратными дырочками сыра. Отдышавшись и проругавшись, Джек поведал ему свою печальную историю.
Вчера они с Заком решили, что неплохо бы, как в прошлый раз, достать креветок к празднику. И, пока Файрвуд колупал дверь, подросток носился по всему особняку в поисках сачков и ловушек, после чего они дружно обналичили это богатство. Однако, вместо ожидаемой прорвы креветок, Кукловод оставил им сыр.
– Сы-ы-ыр! – взревел бывший глава Подполья, снова потрясая шкатулкой.
Очень стараясь не смеяться – или хотя бы смеяться не так громко, как хочется, Арсений посоветовал ему сбагрить сыр Дженни. Дескать, ей перед праздником всё пригодится. Подумав, подпольщик согласился, что мысль здравая, а Кукловод «мало того, что маньяк, так ещё и жлоб!».
За завтраком Дженни они не застали – из-за ранней побудки Джека пришли чуть ли не в шесть часов. Поэтому шкатулка сыра досталась Джиму-подпольщику.
Тот долго смотрел на сыр в обрамлении лакированного дерева, потом сказал «хорошо» и ушёл со шкатулкой к мойке. Арсений и Джек только переглянулись. Что именно было «хорошо», так и осталось загадкой.
Транзисторы Райан явно не одобрил. Он окинул бедные детали почти ненавидящим взглядом, пробурчал что-то сквозь зубы. Цензурное, скорее всего, но от этого не менее ругательное. Зато плату отдал. И, когда Арсений уже собрался уходить, хвостатый неожиданно заговорил:
– Арсень, у тебя, в отличие от Джека, есть, чем думать. – И, не успел Арсений удивиться такому несвойственному для Райана комплименту, как тот добавил: – поэтому насчет последней затеи твоего друга… Не советую.
Переспрашивать подпольщик не стал, и так понятно, что бесполезно – хвостатый уже сел на свой стул и демонстративно развернулся к мониторам.
Джек без Арсения умудрился взломать упрямую дверь и уже активно шурудил внутри башенной комнатки.
Арсений просунул голову внутрь.
