– Давай начну сначала. То есть… С того, как получил письмо брата. Маньяк ведь не идиот, когда он мне это братово письмо переслал… Там ни слова о плене, о том, что влип он… просто – приезжай, мне очень нужно, одну теорию проверить там, всё такое… Вроде как совет ему нужен был. Ну, он же и раньше периодически всякие идеи безумные славливал, на него похоже…
– Вот уж точно, – тихонько пробормотал Арсений.
– Но дело в том, что… я ж на последнем курсе уже был. Брат и раньше к себе звал, а я так, отмахивался. Говорил – потом. Два года писем не было. И тут, когда всё достало – именно это письмо. Понимаешь? Именно это чёртово письмо! Я сразу понял, что поеду. Думаю, то есть, оправдываюсь: свалю на недельку, вернусь быстро, потому не стал Эжени ничего объяснять, просто сказал – к брату съезжу, в Йорк… И всё.
Он снова ненадолго замолчал. Арсений кинул на лидера внимательный взгляд. Нет, совершенно точно – переживает. Чудилось, это всё его уже несколько месяцев грызло. Но сейчас лучше было молчать.
– Короче, – заговорил Джек снова, опустив голову, – представь теперь: она меня ждёт. Неделю, которую я обещал, две, месяц… год. Волнуется, ищет, может, подняла на уши родителей, моих друзей. Положим, всё-таки меня, сволочь такую, ждёт. И я даже возвращаюсь. И, как честный человек после такого обязан на ней жениться. И женюсь! – Последнее почти с наездом. – Потому что люблю её! И начнётся, – снова тоскливый взгляд в камин. – Свой дом, свой уголок, обустройка. А вот тут совсем плохо… я, как только немного на месте обживёмся, начну… как тебе сказать… уходить. Так же, как сбежал из Сорбонны под предлогом братова письма. Так же, как из дома сбегал в детстве… Три раза было. Как теперь из особняка рвусь. Куда угодно, только не эти стены осточертевшие… Короче, у меня вообще не будет желания в дом заходить, буду на работе, на учёбе, с друзьями, по делам… да где угодно, лишь бы не дома. И теперь прикинь: после всего – после года ожидания, после… она получит вот это – где-то вечно пропадающего мужа. Хреново мне, Арсень. Даже думать об этом хреново, а что будет, когда…
Он поморщился, не договорив, залпом допил остатки из стакана.
– О как, – Арсений отставил свой опустевший стакан и внимательно глянул на собеседника. – Ну ладно особняк, ладно от родителей – я вон вообще в восемнадцать в другую страну сбежал. А свой-то дом тебе чем не угодил… то есть, не угодит?
Джек упорно старался на него не смотреть. Выходило так, будто он свою историю стакану рассказывает.
– Да с детства так, говорю ж. Всегда и везде. Вот если есть место, которое я могу назвать своим: моя комната, моё жилище, так мне там как будто… магнит тем же полюсом ставят, понимаешь? Не могу там находиться, хоть убей, да ты сам видел, я свою комнату как склад использую. Куда угодно – только не к себе. В общежитии постоянно у друзей ночевал…
Арсений слегка прищурился и перевёл взгляд на пламя в камине. Если уж Джеку надо, чтоб на него не смотрели.
– Всегда, значит… – протянул он задумчиво. – А ей ты об этом рассказывал?
– Да не, ну ты чего! Нечего ей такие ужасы! И потом… ну кому захочется встречаться, когда… такие перспективы? Я всё надеюсь, что переборю.
Лидер, потянувшись к котелку, почерпнул стаканом ещё, хотя даже четверти не выпил.
– А может, не надо перебарывать, – Арсений тоже зачерпнул из котелка. С варевом в стакане соображалось лучше. – Тебе бы, кроме шуток, работу такую… с длительными командировками. Вот как с месяц где попало промотаешься, домой потом очень даже охота. Особенно если есть к кому. Ну… – он слегка взболтал глинтвейн в стакане, – по крайней мере, у меня до особняка так было. – Он краем глаза заметил, что Джек слушает. И внимательно. Может, тон его успокаивает? – Вот вроде рвёшься куда-то, чуть ли на заднице не подпрыгиваешь, получаешь командировку – то здесь, в предместьях Лондона, то на закраинах каких-нибудь, то вообще в Шотландию зашлют… Один раз во Францию летал, кстати. Сначала прям зашибись, а через недельку-другую вроде как понимаешь, что и вернуться не прочь. И возвращаешься вполне себе с радостью.
– А, ты ж фотограф… Это по сколько раз в год? – В глазах Джека зажглось что-то похожее на интерес. Он даже в стакан пялиться перестал.
– Да чуть ли не каждый месяц, да ещё и без предупреждения. Вообще на месте не сидишь. По долгу службы, знаешь, в какую только глушь не отправят. Или наоборот – мегаполис. Сходишь на пару мероприятий, отработаешь, обработанные фотки отошлёшь, и ещё с неделю по городу мотаешься, частные заказы ищешь ради интереса. Дорога туда-обратно оплачена, жильё только найдёшь, и всё. Красота.
Джек слушал, кивал и ухмылялся так… по-джековски.
– Да, круто… Только мне, с моей специализацией – что? Монтёр по вызову? Междугородний монтёр по вызову?
