– Угу, – согласился Арсений, чтобы от него отделаться. Ему не очень-то понравилась фраза невидимой злой тётки о каким-то держащем его человеке. Кукловода она имеет в виду, что ли? Но тогда почему «холодный живой» держит только его, когда у него полный дом марионеток?
====== 7 января ======
– Хорошо, – резко выдал Райан, войдя в детскую и захлопнув за собой дверь. Тэн, сидящая на стуле у окна, не обернулась и даже не закрыла лежащей на коленях книги.
– Хорошо? – переспросила тихо.
Дракон быстро прошёл испытание – она слушала его шаги и шуршание передвигаемых предметов. Меньше чем через тридцать секунд раздался негромкий щелчок блокатора.
– Я постараюсь помочь этим идиотам. Чем смогу, конечно. Если доктор не рассыплется раньше времени от чрезмерных усилий.
Тэн не обращает внимания на его сарказм. Если Райан дал слово – он его сдержит. А она не хотела смотреть, как гибнет совсем молодой, ничего плохого не сделавший парень, тяня за собой вдобавок брата. Единственного врача на весь особняк и шанс для марионеток дожить до конца игры.
– Спасибо, – сказала безо всяких эмоций, перелистывая страницу «Древних ритуалов». На ощупь, глаза были закрыты.
Райан раздражённо выдохнул, толкнул дверь и вышел прочь.
Она слушала до тех пор, пока звук его шагов совсем не смолк на лестнице, после чего вернулась к книге.
Тэн, сидя на краешке кровати, вглядываясь в резкие, некрасивые черты Арсения. Странно, но эта некрасивость была удивительно гармоничной.
Женщина качнула головой и по привычке – она заходила проведать состояние Пера каждый день – прижала два пальца к его запястью, нащупывая пульс. Доктору Файрвуду не было дела до лежащего в коме Пера. В первый день только, получив отсрочку Леонарда, бегло осмотрел его, сделав вывод, что ничего опасного нет. Отстранённо похвалил её перевязку – сказал, рёбра зафиксированы хорошо и срастись должны правильно.
С тех пор заходил ещё раз, Дженни рассказала, проверить общее состояние. Но изменений не было.
Тэн опустила голову.
Как похоже.
Когда-то её братьям по оружию тоже было мало дела до их Пера. Нет, они защищали её, отбивали всех, кто намеревался причинить ей вред или отнять её вещи. В ответ знали, что всегда получат помощь в перевязке…
В настоящем Тэн машинально коснулась гладкой ленты, обмотанной вокруг ладони.
Они знали, отправляясь на вылазку, что могут оставить на неё охрану комнаты... этой самой комнаты, в которой они окопались втроём. Обезьяна тогда ещё глумливо привёл строчку из военного трактата Сунь-Цзы, о том, что занявший место на возвышенности обычно выигрывает битву. Она не знала, что этому мужчине есть дело до восточной философии. Пускай и военной.
Но узкую, окружённую стенами лестницу, подступ к их убежищу, оборонять было и впрямь просто. С неё легко можно было спихнуть лезущих за добычей обычной шваброй. А после, когда у неё появился меч…
Да, она охраняла комнату и лечила своих собратьев, как могла. Кукловод звал её Пером, Кукловод благоволил ей, и она могла просить у него чай, еду и лекарства – в доме учитель не исполнял ничьи более просьбы, кроме ещё одной девушки... но она умирала. А Тэн могла добывать жизненно важные вещи. Она была надёжным тылом для двух бойцов. А по ночам смотрела на спящего Дракона – всегда далёкого, ледяного… Но оба её собрата никогда по-настоящему в ней не нуждались. Ни Обезьяна с его похотливым липким взглядом, каким он имел обыкновение смотреть на Перо, пока она перевязывала его раны, ни Дракон – холодный, резкий и пресекающий любые попытки узнать, что скрывается за этой его грубостью.
Перо дарит надежду. Но Перо не нужно никому само по себе.
Она свыклась с этой мыслью. И когда Райан снова позвал её в дом, сказав, что Кукловод готовит Второй акт, она даже не спросила, зачем она ему там.
Может, она хотела научить других людей бороться за свою свободу. Может, не хотела больше смертей, как это было у них. Может, хотела отогнать тёмную тень, нависшую над старым домом – её она чуяла всей поверхностью кожи, даже не видя мельтешение тумана в углах и исчезающие, стоило взглянуть на них прямо, призрачные силуэты.
А может, она просто пошла бы за Драконом в адское пекло, если бы он позвал.
Накамура, задумавшись, погладила запястье Арсения, распрямила полусогнутые холодные пальцы. Где же все те, кому он помог? Хоть бы один зашёл или спросил о состоянии пострадавшего её или Дженни – весь дом знал, что о лежащем без сознания Пере заботятся именно они, как и перевязывают раненых обитателей, пока Джим не может выполнять обязанности врача.
Тэн качнула головой, прикрыла глаза.
Перо нужно, пока оно может быть Пером.
В памяти против её воли всплыл короткий поцелуй подпольщика в ночь под Новый год. Арсений видел в ней не Перо… или не только Перо.
Глупый молодой мальчишка. Горячий, безрассудный, искренний.
– Леди Тэн, – послышался негромкий шелестящий голос за её спиной. Женщина обернулась. Призрак ошибочно титуловал её, кто знает, почему. Дженни он звал «мисс» без всяких «леди». Леонард, прошедший через стену, остановился у порога. – Джеймс снова зашёл дальше, чем нужно.
