– Хотя и странно, знаешь. Обычно Кукловод каждые две-три недели подселял кого-нибудь, а ты здесь уже месяц. Но всё равно получаешься последним. Может, больше не будет пленников?
Арсений неопределённо хмыкнул. О тайных мотивах действий Кукловода ему было куда интересней размышлять не вслух.
Дженни попросила не перекармливать крысу – а то она и так на сухарях растолстела. Он пообещал, что не будет. Девушка наполнила из крана лейку для полива цветов и вышла с кухни.
Арсений вздохнул, запустил пальцы в отросшие пряди, опершись локтями на поверхность стола.
Не далее как час назад вдруг оказалась заблокирована дверь, ведущая в прихожую. В это время Арсений помогал Дженни в подвале – они искали ящики с овощами. Девушка пояснила, что так Кукловод, перекрывая прихожую, делал пленникам поставки – пока дверь была в блоке, в прихожей появлялись ящики с провизией и бытовой мелочью.
Длилось это минут десять, во время которых Дженни пришла в голову гениальная мысль подсмотреть, что происходит сразу после открытия двери. Едва блок был снят, они тихонько пробрались к приоткрытой двери прихожей. Арсений мысленно обозвал себя недобитым шпионом, но следить всё-таки стал. Ждать долго не пришлось: в первые же две минуты пришёл Джим со своими людьми, теми тремя баскетболистами, что жили на третьем этаже; они быстро перетаскали ящики на кухню. Работала бригада тихо и быстро, как профессиональные киллеры. Сгребли – понесли – разобрали – пустые ящики составили под лестницу – ушли.
А ты не так-то прост, док. Значит, желаешь нашему маньяку всего наилучшего… И, кажется, очень активно желаешь. Помогаешь… Только не пойму, как в вашу фракцию попала та троица. На девчонок вы их приманивали, что ли?
Нэн вылезла на стол. Проползла за хлебницу, ища крошки. Теперь из-за посудины Арсений видел только её длинный голый хвост.
– Смотри, Кот вернётся, – пригрозил крысе, которой вздумалось встать передними лапками на край хлебницы. Ещё немного – и перевернула бы её; от деревянной плетёнки пахло хлебом, хотя крошки Дженни и убрала. Арсений расщедрился – кинул грызуну остаток булки, очень надеясь, что не вернётся хозяйка.
И снова – фракции. Алиса от меня не отвянет, придёт снова. Джек... агитацию ещё не гнал, но кто знает, а Джим... давить не будет, но выгоды распишет. Дженни вне этой политики, но она вообще… мать всего сущего в этом особняке.
Довольная Нэн уселась у вазы, держа в передних лапках еду, принялась за обед.
А всё-таки... – Арсений поднялся, собираясь уходить, – В одном Алиса была права: пока не приткнусь к какой-нибудь шайке, я никто. И вряд ли кто-то кинется рассказывать, что здесь происходит. А я так не играю.
После свидания с Кэт в ванной Арсений вернулся к себе только в двенадцатом часу ночи. Спать почему-то не хотелось. Завалившись на кровать, достал дневник с зарисовками. С недавнего времени он стал черкать наброски каждый вечер перед сном. Иногда зарисовывал по памяти обитателей особняка, но чаще всего пытался поймать на перо ускользающий образ Кукловода.
Пришёл Кот. Повертелся у кровати, обтирая головой край покрывала, запрыгнул к Арсению. Рука, свободная от пера, сама потянулась почесать его по спине. Кот сразу включился мурлыкать, задрал хвост трубой и полез к лицу, воняя сырой шерстью и уличным холодом.
– Ты чего, совсем оборзел? Иди в подвал, крыс лови, наглая морда… – Арсений отпихнул животину. Кот не особо расстроился, в ответ попытался пожевать его пальцы. Пришлось столкнуть. Кот брякнулся на пол, загремев чем-то, обиженно мяукнул и спрятался под кровать. Арсений свесился за край кровати. У кроссовок, незамеченная ранее, стояла маленькая шкатулка – теперь перевёрнутая; на неё Кот и сверзился. Внутри обнаружилась записка.
Ты упоминал о тайном побеге, о котором знали бы только мы двое, – слова, начертанные идеальным почерком, были насквозь просолены иронией, – можешь считать, что меня вдохновила эта идея. Дверь во внутренний двор особняка открыта. Действуй немедленно, если хочешь выбраться из дома. Ворота – слабое звено. Кусачки для побега в гостиной.
– Да ну…
Камера в углу мигала красной лампочкой, динамики молчали.
– Как скажешь, – примирился Арсений. Не то чтобы он верил во внезапную доброту Кукловода, но его приказы всё-таки лучше было выполнять.
Кусачки отыскались удивительно быстро, а вот с поиском двери во внутренний двор пришлось помучиться. В этом особняке было слишком много закрытых наглухо дверей. Нужная оказалась в коридоре на первом этаже, прямо напротив комнаты Джека. Арсений взялся за дверную ручку… Шипов не было. Обычная дверная ручка. И тут до него дошло.
Свобода. Если не полная…
В приоткрытую дверь ворвался сквозняк, пахнущий палой листвой, мокрым камнем и дождём. Снаружи было холодно. Неизвестно откуда взявшийся Кот обогнул его ноги, шмыгнув в щель.
Арсений вдруг, словно сорвавшись, толкнул дверь обеими руками и вырвался вовне, в сырую, моросящую дождём ночь.
– Вот чёрт… чёрт!
Едва не перешёл на радостный вопль, но вовремя сам себя остановил.
