– Я Алиса Грин, последователь, – представилась, сложив руки с тонкими бледными пальцами на коленях. – Давно хотела поговорить с тобой наедине, особенно после операции.
– Слушаю. – Арсений сощурился.
– Не будем ходить вокруг да около. Ты помогаешь Джиму, как я заметила.
– Да, в меру скоромных сил.
– А он, как ты наверняка уже знаешь, глава фракции Последователей. Тем не менее, ты помогаешь и шуршащим в подвале крысам. Но ты же умён, Арсень... – короткий взгляд из-под полуопущенных век, – я не ошибаюсь? Ты же понимаешь, что так не может продолжаться вечно?
– Почему не может? – Арсений, теперь вглядевшись внимательнее, проследил в её тонких чертах что-то неспокойное, напряжённо-нервное, потом заметил, как пальцы мнут красную ткань подола. – Меня всё устраивает.
Женщина закинула ногу на ногу, выпустила складки алой материи и снова устроила беспокойные пальцы на колене.
– Рано или поздно тебе придётся выбирать, – проговорила медленно. – Либо к этим вандалам-недоумкам, либо к нам. Мы ценим уроки нашего Учителя, пытаемся понять, что Кукловод говорит нам о свободе, мы уважаем его, они же... – У тонких губ дрогнула презрительная складка, – они просто идиоты, которые скорее умрут, чем прислушаются к голосу разума. И чем раньше ты определишься, с кем ты, тем лучше. Заметь, лучше для тебя. Невозможно оставаться хорошим для всех.
– Я не ребёнок, госпожа Грин. – Арсений усмехнулся, глядя, как вытянулась, выпрямилась алой струной эта странная нервная дама. Тяжёлый взгляд из-под полуопущенных век. Наблюдает, отслеживает каждое движение. – И прекрасно знаю, что угодить всем невозможно, а посему никогда бы и не подумал заниматься подобными глупостями. Я помогаю Джиму как единственному на весь особняк доктору, понимая, сколько от него здесь зависит, а не как лидеру… кого там, как вы называетесь?.. А для подпольщиков я ищу инструменты в обмен на паззлы, вот и всё. На ваши фракции я не играл и играть не собираюсь, и уж тем более – не стану выслуживаться перед кем-то. Так что вы не по адресу с вашими… претензиями.
– Ты примкнёшь к фракции, – Алиса пожала плечиками. Почти изящно, если б не явное раздражение. – Никуда не денешься. И ты не глуп, значит, тебе нечего делать с подпольщиками. Они только колупают железки и вовсю играют в революционеров. Джек тебя ещё не зазывал на свою святую войну?
– Со стороны Подполья я никакого агитационного давления на себе ещё не испытывал, – Арсений прищурился, привалившись к стенке.
– Вот и замечательно, – Алиса мило улыбнулась. – Примкнёшь к нам сейчас – не придётся им отказывать.
– А зачем, позвольте спросить, я так понадобился вашей фракции? Никаких особых талантов у меня нет, а рабочих рук, в смысле проходильщиков комнат, хватает и так. Или собираете всех подряд для массовости и устрашения рядов противника?
– Тебе есть чем думать, – тонкие пальцы отбили на коленке короткий неслышный ритм. – Ты неплохо проходишь испытания. Поверь мне, лишних рук во фракции не бывает, как и лишних мозгов.
– Ну, нехватка последнего ресурса мне была наглядно явлена прямо сейчас, – Арсений прямо посмотрел на неё. Время вилять вокруг да около, судя по всему, прошло. – Считаете меня таким умным, значит, должны были понять, что на дешёвые агитационные лозунги я не куплюсь. А если и буду выбирать фракцию, то сделаю это исходя из своих личных предпочтений, а не по чьей-либо рекомендации. Если несколько патетичных фраз и куча нелицеприятных описательных конструкций в сторону конкурентов – это всё, что вы имели мне сказать, госпожа Грин, то я пойду.
– Присоединяйся, и будет тебе нечто помимо слов, – догнал его у двери её насмешливый голос. Арсений обернулся. Кажется, женщина ничуть не смутилась, смотрела прямо, не отводя взгляда. – В любом случае, можешь пока поприглядываться к обеим фракциям. Скоро ты поймёшь, что с крысами тебе делать нечего.
– Я учту ваш совет поприглядываться, – Арсений по привычке легонько потянул дверь за ручку, ожидая шипов. – Доброго дня.
Алиса кивнула в ответ. Арсению крайне не понравилась скользнувшая по её тонким губам улыбка. Да и само ощущение от новой знакомой не понравилось. Даже когда он вышел из её обители в коридор, чудилось, что его преследует её напряжённый внимательный взгляд и тихий-тихий звук, с каким женщина нервно постукивала по коленке тонкими бледными пальцами.
Джим остановился перед дверью Арсеня в нерешительности.
Насколько утром его разозлила Алиса?
Другого повода говорить с новичком, кроме агитации в воронью фракцию, у неё и быть не могло. А настроение эта дама способна была испортить изрядно, уж Джим-то знал.
А ещё изрисованное дерево двери пестрело жёлтыми стикерами – найди, принеси, подай. Посередине красовалась белая бумажка с кнопками по краям, на которой толстыми чёрными буквами было выведено: «Автомат с 9:00 утра до 10:00 вечера, кто явится позже, пристрелю из рогатки. Не шучу, недавно нашёл в прихожей».
