Арсений внимательно смотрел на него, пытаясь понять, насколько сказанное соответствует действительности. Он не видел ничего особо преступного в действиях вредителя и потому фраза о нейтралитете прозвучала... перебором. Но отказывать Джиму было как-то совестно; док в середине дня уже выглядел уставшим и замученным.
Пришлось переворачивать кухню. Нашёл кусочек фотографии (в шкафу) и почему-то ещё одну «прихожную» кнопку – увы, собственной кроссовкой. Отнёс в подвал две кочерги. Джек пробурчал что-то вроде одобрения и уже внятно добавил «мало двух».
Отдал Джиму фотографию. Они бы так и не знали, где искать остальные (Арсений предвкушал уже освобождение от части своей головной боли), но док перевернул случайно обрывок. Оказалось, на обороте вредитель оставил подсказку – следующую комнату.
Арсений получил наводку – второй клочок в прихожей, и попутно Джим попросил его поискать пару иголок. Пока проходил испытание в прихожей, заметил какое-то шевеление на обратной стороне лестничного пролёта, как раз над шкафом с водружённым на него деревянным тотемом. Поднял голову, да так и замер на стуле с тяжеленным резным идолом в руках: на белой штукатурке медленно проявилось сажное такое «HELP», крупными буквищами. Ровно – Арсений успел посчитать – на две секунды. Кое-как избежав падения со стула, решил рассказать Джиму при первой же возможности.
По дороге на кухню встретил пару последователей, приставших к нему всё с тем же вопросом – собрал ли он паззл гостиной. Пока возился на кухне (именно там чаще всего на радость жителям Кукловод разбрасывал иголки), пришла Дженни, попросила поискать для неё бабочку в рамке, вроде как тоже воспоминание о прошлом дома, спохватилась и сказала всё же первым делом найти Джека, который не ел со вчерашнего дня.
Арсений под шумок стащил кочергу, когда относил Джиму найденную в прихожей фотографию и иголки. Нашёл бабочку. Забыл, что хотел сказать. Вспомнил про просьбу Дженни. Вернулся в подвал передать Джеку, что хозяюшка его вот-вот порвёт за отсутствие интереса к здоровому питанию, но подпольщика на месте не было. В поисках, куда он мог утащить свою беспокойную задницу, Арсений аж до третьего этажа добрался. Нашёл в старом шкафу ещё бабочку в рамке. Решил, что сойдёт дополнением к первой. Повстречал Кэт, которая «обрадовала» его отменой завтрашней свиданки в ванной – у неё, видите ли, какие-то там дела нарисовались; зато поболтать сейчас девушка явно была в настроении. Плюнув на всё, Арсений сгрузил на неё поиск очередного клочка фотографии, сказав (без подробностей), что надо для дела её родной фракции. Пронёсся вниз по лестнице, отдал Дженни бабочек, закинул в пару комнат соседей найденные накануне изоленту и по нескольку листов бумаги. Неподалёку Закери прибивал молотком к чьей-то двери альбомный лист с рисунком – на сером фоне крыса прижала к земле трепыхающуюся ворону, внизу шла надпись «ночью прихвостням маньяка лучше не высовываться». Арсений, поставив шкатулку с презентом, показал ему большой палец (нарисовано и впрямь было неплохо) и спросил, где Джек, но Закери своего обожаемого «мастера» вообще с утра не видел. Искомый партизан обнаружился на первом этаже: окопался в гостиной – проходил там восьмое испытание подряд.
Едва Арсений вошёл, глава Подполья захлопнул за ним дверь и попросил собрать предметы.
– Клятые кочерги! Куда их брат подевал?.. – ругался вполголоса, роясь в углу.
– Так вообще-то они уже у тебя в подвале, – Арсений, грызя леденец, поставил на столик предмет «пустая ваза» и вразвалочку направился за «статуэткой птицы».
– Чёрт, а раньше ты сказать не мог?! – Джек выпрямился, проведя ладонью по лбу.
– Так какого ты выперся, если мне поручил? И да… закинул туфлю на гардину – сам и снимай.
– Ну да… – подпольщик задрал голову, скептически оценивая расстояние.
– Вот, держи зонт, им подцепи. – Арсений кинул ему синий зонт через комнату. – Зачем ты её для своего-то испытания на гардину закидываешь?
– Да по привычке, – отозвался злобно.
Туфелька, подтолкнутая остриём зонта вверх за каблук, свалилась на пол. Джек поднял её, швырнув на стол. Туфля проскользила по гладкой деревянной поверхности, сшибив на пол предмет «апельсин» и вазу с искусственными цветами.
– Стра-а-айк! – Арсений радостным «вжжжихом» и жестом сопроводил прямое попадание подпольщика, за что в него прилетело подушкой.
Дверь открылась.
– Ладно, забудь. – Судя по всему, Джек был не в лучшем расположении духа.
Арсений передал ему просьбу Дженни, думая, что хуже у подпольщика настроение уже не станет. Ещё не договорив, он понял, что ошибся. Джек, казалось, вот-вот примется разносить всё в комнате к чертям.
– Она… ладно, – он неожиданно успокоился, махнул рукой. – Скажешь, что я сейчас занят и потом поем…
Уже в дверях, спохватившись, обернулся.
– За кочерги с меня причитается, как обещ… Подожди, чего это там?
– Где? – Арсений оглянулся.
– Да на подушке, блин!
Арсений перевернул подушку, которую до сих пор держал в руках.
– Надо же, паззл… – хмыкнул, отковыривая слабо держащийся на скотче кусочек. – Вот если он ещё и двадцать четвёртый…
