Толпа и вправду была хорошо так навеселе. Уникум из последователей, кажется, один из близнецов, вытрёпываясь перед Маргарет, уже вообразил себя великим танцором и пытался продемонстрировать что-то вроде фокстротного шага.
Отлично. Поехали
Выйдя на предполагаемую середину танцевального пространства, Арсений встал на руки. Несколько раз подпрыгнул на кистях, удерживая равновесие с помощью отмахов ног в противоположные стороны.
Когда он принял естественное положение, взгляды ближайшего окружения танцующих уже были прикованы к нему. Это хорошо. То, что ему слегка расчистили пространство, разойдясь в стороны – ещё лучше.
Для начала, чтобы обрисовать намерение растанцеваться, Арсений сделал вертушку.
Народ помаленьку расступался шире, шире. А тело вовсю радовалось, вспоминая забытые движения. Где-то внутри начинал зажигаться тот самый огонёк азарта, который и должен был сопровождать нормальное выступление.
Быстрее, быстрее.
Арсений перебирал ногами, набирал скорость, и – резко, прыжком – на одну руку, и снова вертушку. Равновесие тут же начало нарушаться – давно практики не было, вторая рука – второй опорой, ещё пара вращений – перекат, и на ноги.
Народ одобрительно загудел. Кое-кто уже даже начал хлопать в такт музыке.
– Кто так танцует? – ленивое, откуда-то со стороны. Арсений остановился – он как раз на низкой стойке делал вертушку ногами. Остановился, вскочил на ноги.
Этого не планировалось.
Но раз так – даже лучше.
Дыхание почти не сбилось. Наоборот – воздух волнами вливался в разгорячённую грудь, даже мозги прояснились.
– Ну раз так, – заорал, откидывая со лба выбившуюся прядь, – тогда баттл! Вызываю на баттл!
Все заозирались. Рой с гитарой на плече – собственно, поэтому вокруг него народа и не было – лыбился во все тридцать два родных. Уж ему-то поворачиваться, чтоб за спину поглядеть, доставляло особое удовольствие – от его гитары народ аж волнами расходился.
– Принимаю!
Арсений резко повернулся на голос. Скрестив руки на груди, прямо на границе, отделяющей свободное пространство от людного, стоял Фил.
– Ди-джей! – заорать во все лёгкие. Парень, втыкающий в его плеер, аж повернулся. – Папка «замок 07», третий трек!
Папка была для съёмок клипа в развалинах старинного шотландского замка. В июле 08 года. Ох и повеселились они тогда…
Или этого ещё не было?
А к чёрту
Несколько тактов старой песни, а потом – родное, 50cent. Пусть говорят что угодно, но под него танцевать – милое дело.
Три первых бита – раскачка. Потом – отмах левой, назад, со всей дури – и кувырок с места. Низкое сальто.
Мир перед глазами смазался. А ноги уже живут своей жизнью – закрутились, корпус повело – упасть на руки, танцевать на низкой стойке. Только в голове элементарные инструкции баттла: начинать с простого, танцевать не больше минуты, и тому подобное.
Начать…
Простое…
Пришлось сделать над собой усилие, чтоб перевести тело в вертикальное положение. Сальто, нижний брейк – это всё хорошо, но к простому относится весьма посредственно. Пришлось перейти на переборы ногами. Только в финале позволил себе расслабиться – снова сальто, приземлиться на прямые ноги. Руки раскинул, головой качать – три раза, в такт – успел заметить Джима боковым зрением – и к краю танцевальной площадки.
Народ радостно завопил, его облапало несколько ладоней. Арсений ухмыльнулся.
Фил начал не сразу. Сначала, после окончания его сессии, пружинисто проскакал по полукругу, взмахивая руками над головой. После полукруга переместился к середине площадки.
Арсений внутренне подобрался. Сейчас Фил был противником, поэтому он с напряжением, и в то же время азартом, ждал начала его сессии.
Фил не стал останавливаться по достижении центра, сразу, без перехода – низкое сальто.
Внутренний танцор Арсения возликовал. Фил явно был достойным противником.
Скорей всего, занимался, не год и не два.
После низкого сальто несколько фигур ногами, и, снова без перехода – на руки. Фил подскакивал на кистях очень быстро, энергично, закручивая тело, а когда набралась необходимая скорость – резко крутанулся корпусом и сделал свечку на кистях. Вышел из неё падением, перекат, кувырок, колесо – стойка рэпера в сторону Арсения.
Только сейчас Арсений заметил, что всё это время улыбался. Нутро ходило ходуном, пульсировало в такт музыке, болезненно, и нужно было либо танцевать самому – либо впитывать чужой танец. А танец Фила было впитывать охеренно.
Кивнув ему, Фил ускакал на своё место.
Нутро требовало, бесилось, и Арсений, не тратя время, на поле не вышел – выпрыгнул кувырком.
Конечности аж сводило от желания движения.
После кувырка, ловя инерцию, перекат, стойка на руках – падение – снова перекат. Две вертушки в стиле «Чак Норрис», низкая стойка, и вертушка ногами, быстрее, быстрее, руками подгоняя вращение.
Упасть.
Перекат.
На ноги – колесо, ещё колесо, ближе к Филу. Оказавшись на ногах, Арсений понял, что стоит к нему почти нос в нос. Рука самопроизвольно легла на пах, и, после фирменного майклоджексоновского: «Хуй!», Арсений ускакал к себе.
Уже на месте порадовался, что русских среди аудитории нет. Хотя, это было бы скорее смешно.
