– Понял.
Подпольщик обхватил её за талию, продолжая спектакль, уткнулся носом в пахнущие пряным волосы.
Был момент, и им надо было пользоваться, пусть они и разыгрывали спектакль перед камерами.
Вторая марионетка
Перо
Перья
Руки Исами скользнули чуть ниже, прошлись по его спине нарочито медленным жестом.
Одна её ладонь замерла на его пояснице, вторая медленно спустилась ниже. Тонкие пальцы протолкнули в задний карман джинсов что-то небольшое, и судя по всему, металлическое.
– Это от комнаты на первом этаже, – услышал он тихий-тихий шёпот. – Обезьяна теперь появляется там, я думаю, он как-то изготовил дубликаты ключей по тем… из первого акта. Райан посчитал, что лучше будет открыть комнату. Тебе надо сделать вид, что нашёл ключ сам. Я уже больше недели не была там…
Арсений слушал, поглаживая её спину. Исами слегка дрожала.
Хочешь сделать вид, что потеряла ключ?
Но Фолл ведь не дурак.
И ты это понимаешь. И боишься
Но даже то, что Джон за своевольное открытие комнаты устроит и ему нехилую взбучку, волновало мало.
По коридору рядом с ними кто-то прошёл. Шаги лёгкие девушка замерли на несколько секунд, потом ускорились и перешли на бег.
Ну всё, готов новый выпуск «интриг и тайн дома Кукловода»...
– Завтра ночью сделаю, – выдохнул Арсений в волосы Исами и осторожно коснулся кончиком носа её уха. Это, конечно, была вольность. Японка слегка напряглась, замерев. Пальцы сжались чуть сильнее, но она тут же мягко отстранилась.
– Лучше послезавтра, – сказала, глядя в упор. Но взгляд стал прежний – тёмный и нечитаемый.
Арсений кивнул.
Она ушла.
Пришлось минуту постоять на месте, приходя в себя. Вся прорва линий и красок, тысячи рисунков, ворохом лежащих в его воображении, взвихрилась, обретая материальную ясность.
Нужно было рисовать, до ломки в зубах. Любой листок, сгодится даже огрызок карандаша.
Но у него был список и обещание Лайзе поискать с ней пропавшие газетные номера.
Тихо чертыхнувшись, он отправился искать рыжую, всё ещё переживая воображением случившееся.
– Я точно уверена: несколько газет просто пропали, – Лайза сидела на подлокотнике кресла, и на появление Пера в гостиной даже не обратила внимания: она втолковывала Джиму о газетах. – Когда ты ещё был лидером ворон, мы все собирали газеты, но кому могла эта макулатура вообще понадобиться…
Джим слушал её, сидя на диване с непроницаемым выражением лица, закинув ногу на ногу и скрестив на груди руки.
– Их могли использовать для растопки камина.
– Да нет, – рыжая, кажется, начинала сердиться. – Все же знают, что газеты, которые не кинули в кладовку, трогать…
– Могли, – вспомнил Перо. – Я видел, давно ещё, как Джек чисто из вредности сжёг какую-то нужную последователям марку.
Под пристальным взглядом дока дёрнул со стола его записочный блокнот, нашёл ручку и быстро записал:
У меня есть ключ от девятой комнаты, но её нельзя открывать до послезавтра. Джон вернулся. Для него я теперь предатель.
Раскрытую книжку подсунул Джиму.
– Может, всё-таки кто-то брал газеты? – без особой надежды протянула Лайза, тоже косясь на блокнот.
– И тебе расскажу, – посулил Арсений, присаживаясь в кресло, на ручке которого сидела рыжая.
Джим читал его послание. Нарочито медленно и, судя по движению глаз, несколько раз. После, кивнув, передал книжку Лайзе.
– Обрисовываю ситуацию… – сцепил пальцы на колене. – Архив последователи – когда ещё я руководил – собирали для практических целей. Он не был закрыт, газеты у меня мог брать кто угодно из фракции. Мало кто интересовался, правда… Ланс их читал, но всегда возвращал. Энди – забывал иногда – и Алиса. Она держала некоторые номера у себя, не спрашивайте зачем, я так и не понял. В этих газетах ничего особенного не было.
– Ясно… – медленно сказала Лайза. Захлопнула книжку и отдала её Джиму. – Тогда мы с Арсенем пройдёмся по всем троим, спросим.
– Я тебя догоню, – пообещал Арсений.
– Секреты, – Лайза помахала на него рукой, поднявшись. Но вид у девушки был встревоженный. Уходя, она слегка хлопнула Арсения по плечу.
Дождавшись, пока за напарницей закроется дверь, Арсений пересел к Джиму.
– Я теперь не смогу продолжать работу над портретом, и непонятно на какой срок, – он откинулся на диване.
– Да, пожалуй… Как же не вовремя он появился.
Арсений, стянув книжку с его колен, схватил со стола оставленную ручку. Писал быстро, из-за чего почерк казался ещё кривее обычного. Об утреннем разговоре с Джоном и о том, как ему достался ключ.
Исписав целую страницу, протянул книжку Файрвуду. На этот раз док читал ещё медленнее, и снова на несколько раз. Дочитав, медленно отложил книжку и тоже откинулся на диванную спинку.
– Итак, теперь ты – нехороший человек, я понял.
Арсений кивнул.
– И тебе тоже придётся таковым побыть.
Он со вздохом поднялся с дивана и на всякий случай слегка завёл руки за спину – вчера забыл поменять бинты.
– До вечера я ношусь по дому, а после девяти… Тебя сегодня ждать после трудов праведных?
– Я зайду. Тебя перевяжу, брата проведаю, – Джим смотрел на него как-то искоса, хитро. – Мы сейчас напоминаем мне Бонни и Клайда. Парочка негодяев.
